(идеофон).

Изучению междометий уделяли внимание многие известные лингвисты. Всё многообразие высказанных в разное время точек зрения может быть сведено к трём.

• Междометие - это разнородный по составу синтаксический класс, стоящий вне деления слов по частям речи.
• Междометия входят в систему частей речи, но стоят в ней изолированно.
• Междометия входят в круг частей речи, а внутри последнего - в разряд «частиц речи» наряду с предлогами и союзами.

Заместительные функции междометий и их живые связи со словами разных частей речи активно изучаются в современной лингвистике.

Выполняемые функции

Междометия выполняют экспрессивную или побудительную функцию, выражая, например, чувства говорящего (ох! ого! ого-го!!!), призыв (эй! цып-цып!) или приказание (брысь!). К ним же относятся и нецензурные возгласы, к которым применяются те же правила пунктуации. Многие междометия ведут своё происхождение от эмоциональных возгласов и звучаний, сопровождающих рефлексы организма на внешние раздражения (А-а-а, Ах, больно! Ух, тяжело! Брр. Холодно!), такие междометия нередко имеют специфический фонетический облик, то есть содержат редкие или необычные для данного языка звуки и звукосочетания: в русском - междометие может выражаться нестандартными звуками и звукосочетаниями, например губным вибрантом (тпру! брр, гм), сочетанием (дзинь-дзинь [д’з’], тс, цс). По ряду признаков к междометиям примыкают звукоподражания, представляющие собой условные преднамеренные воспроизведения звучаний, сопровождающих действия, производимые человеком, животным или предметом.

Междометия являются заменителями известных определенных выражений и целых предложений. Вместо «тьфу» или «брр», можно сказать «какая гадость!», вместо «тс» - «тише, не шумите», вместо «эй» или «псс» - «подите сюда», «послушайте» или просто сделать призывный жест рукой и т. д. Употребление междометий в качестве членов предложения, стоящих в связи с другими членами, очень редко. Немногочисленными образчиками могут служить случаи типа: «ахти мне горемычной», «увы мне бедному» (лат. eheu me nuserum , нем. webe dem Armen ) и т. д.

Междометия в английском языке в связной речи могут выступать в качестве отдельных звуков, выражающих чувства или побуждения говорящего, как в русском и любом другом: Ok! Oh! Ah! Bravo! Hush! Hurrah! и т. п. или отдельных выражений, несущих функцию междометий, как например: For shame! Стыдно! Молодец! Здорово! и т. п. Варианты предложений: «Well, perhaps you are right! - Ну, может быть, вы и правы.», «Oh! what a pleasure! - Ax, как приятно!».

Междометия в русском языке: ох, ой, пли, ух, фу, фи, ага, ах, апчхи, батюшки, браво, Господи, ишь ты, Боже ж ты мой, о чёрт, ни фига себе! ай молодца!, молодец!, молодчина!, да ну ты брось, да ну как же оно так вышло-то вот, при! … Эти слова не имеют лексических и грамматических значений, не изменяются и не являются членами предложения. Исключение составляют случаи, когда междометия выступают в функции знаменательной части речи, например, существительного: «В темноте раздалось грозное эй».

Чаще всего в качестве междометий выступают изобразительные слова (звукоизобразительные, ономатопоэтические), слова, в которых звучание частично предопределено значением слова. Различаются звукоподражательные слова , использующие звуки , акустически напоминающие обозначаемое явление (русские «буль-буль», «ку-ку», осетинские тъæпп - «хлоп, бац, бух», немецкие «puffi! hopsa!»; канури ndim-dim - о глухом, гулком стуке и т. д.), звукообразные (идеофонические) слова, в которых звук создаёт образное впечатление о форме предметов, их движении, расположении в пространстве, качествах и пр. на основе ассоциаций между звуками и незвуковыми явлениями (движением, формой и пр.), например в нилотском языке ланго bim-bim - «толстый-претолстый», чувашское йалт-йалт - о мелькании отдалённой молнии, японское буру-буру - о дрожании, эве (Африка) bafo-bafo - о походке живого подвижного человека маленького роста, boho-boho - о походке полного, тяжело ступающего человека, wudo-wudo - о небрежной походке.

Междометия не изменяются по родам и по числам, а также не являются ни знаменательной, ни служебной частью речи и в отличие от них, междометиям не свойственна связующая функция. Иногда междометия употребляются в значении других частей речи. При этом междометие принимает конкретное лексическое значение и становится членом предложения: «Ай да мёд!», «Вот раздалось „ау“ вдалеке».

Классификация

Междометия можно классифицировать по разным признакам, например по происхождению, структуре и значению:

• по происхождению: непроизводные, производные.
• по структуре: простые, сложные, составные.
• по значению: эмоциональные, побудительные, этикетные.

Классификация междометий по генетически связанным группам со знаменательными словами, эта группа междометий более обширна:

• существительными: батюшки, господи, боже и др.
• глаголами: ишь, вишь, пли и др.
• местоимениями, наречиями, частицами и союзами: то-то, эка, ш-ш, вот-вот и др.

К междометиям также относятся:

• сращения: на тебе, ну да, да уж, эх вот как, вот те раз и др.;
• устойчивые словосочетания и фразеологизмы: батюшки светы, слава богу и др.;
• слова, обозначающие мгновенные действия: бах, хлоп, шлёп, бум, гав и др.;
• слова, имитирующие различные звуки и голоса животных и птиц: тра-та-та, ба-бах, мяу-мяу, дзинь-дзинь и др.

При использовании во множественном числе междометия становятся именами существительными. Главным источником пополнения междометий являются оценочно-характеризующие существительные (страх, ужас, беда) и экспрессивные глаголы (постой, погоди, давай, валяй, мути, замути).

Междометия в русском языке

Предположительно, эта страница или раздел нарушает авторские права . Её содержимое, вероятно, скопировано с sci.house/russkiy-yazyik/102-mejdometiya-97621.html практически без изменений. Пожалуйста, проверьте и сравните с . Если вы считаете, что это не так, выскажите ваше мнение на странице обсуждения этой статьи. Если Вы автор, то оформите разрешение на использование текста . Дата обнаружения нарушения : 25 февраля 2016. Выявившему нарушение : Пожалуйста, поместите сообщение {{subst:nothanks cv|pg=Междометие|url=sci.house/russkiy-yazyik/102-mejdometiya-97621.html}} – ~~~~ На страницу обсуждения участника, . Автору статьи: Авторские права , Получение разрешений ,

Пунктуация

Жестикуляция

Жесты и мимика часто неотделимы от междометий. Так, тяжело вздыхая, люди говорят «ух, ну вот… что я наделал?», тем самым добавляя большее значение при выражении определённого чувства. И иногда без поддержки жестов или мимики по одной только интонации голоса весьма сложно понять сказанное: было ли это «послание» (обида или гнев) или просто шутливая присказка (дружественное приветствие).

В лингвистике междометия, в отличие от спонтанных выкриков, являются конвенциональными средствами, то есть такими, которые человек должен знать заранее, если он хочет ими пользоваться. Тем не менее междометия все-таки находятся на периферии собственно языковых знаков. Например, как никакие другие языковые знаки междометия связаны с жестами. Так, русское междометие «На!» имеет смысл только тогда, когда сопровождается жестом, а в некоторых языках Западной Африки есть междометие, которое произносится одновременно с приветственным объятием.

См. также

Напишите отзыв о статье "Междометие"

Примечания

Ссылки

• АН СССР.
• И. А. Шаронов.
• Е. В. Середа.
• Е. В. Середа.
• Е. В. Середа.
• Е. В. Середа.
• И. А. Шаронов.

Отрывок, характеризующий Междометие

На другой день князь ни слова не сказал своей дочери; но она заметила, что за обедом он приказал подавать кушанье, начиная с m lle Bourienne. В конце обеда, когда буфетчик, по прежней привычке, опять подал кофе, начиная с княжны, князь вдруг пришел в бешенство, бросил костылем в Филиппа и тотчас же сделал распоряжение об отдаче его в солдаты. «Не слышат… два раза сказал!… не слышат!»
«Она – первый человек в этом доме; она – мой лучший друг, – кричал князь. – И ежели ты позволишь себе, – закричал он в гневе, в первый раз обращаясь к княжне Марье, – еще раз, как вчера ты осмелилась… забыться перед ней, то я тебе покажу, кто хозяин в доме. Вон! чтоб я не видал тебя; проси у ней прощенья!»
Княжна Марья просила прощенья у Амальи Евгеньевны и у отца за себя и за Филиппа буфетчика, который просил заступы.
В такие минуты в душе княжны Марьи собиралось чувство, похожее на гордость жертвы. И вдруг в такие то минуты, при ней, этот отец, которого она осуждала, или искал очки, ощупывая подле них и не видя, или забывал то, что сейчас было, или делал слабевшими ногами неверный шаг и оглядывался, не видал ли кто его слабости, или, что было хуже всего, он за обедом, когда не было гостей, возбуждавших его, вдруг задремывал, выпуская салфетку, и склонялся над тарелкой, трясущейся головой. «Он стар и слаб, а я смею осуждать его!» думала она с отвращением к самой себе в такие минуты.

В 1811 м году в Москве жил быстро вошедший в моду французский доктор, огромный ростом, красавец, любезный, как француз и, как говорили все в Москве, врач необыкновенного искусства – Метивье. Он был принят в домах высшего общества не как доктор, а как равный.
Князь Николай Андреич, смеявшийся над медициной, последнее время, по совету m lle Bourienne, допустил к себе этого доктора и привык к нему. Метивье раза два в неделю бывал у князя.
В Николин день, в именины князя, вся Москва была у подъезда его дома, но он никого не велел принимать; а только немногих, список которых он передал княжне Марье, велел звать к обеду.
Метивье, приехавший утром с поздравлением, в качестве доктора, нашел приличным de forcer la consigne [нарушить запрет], как он сказал княжне Марье, и вошел к князю. Случилось так, что в это именинное утро старый князь был в одном из своих самых дурных расположений духа. Он целое утро ходил по дому, придираясь ко всем и делая вид, что он не понимает того, что ему говорят, и что его не понимают. Княжна Марья твердо знала это состояние духа тихой и озабоченной ворчливости, которая обыкновенно разрешалась взрывом бешенства, и как перед заряженным, с взведенными курками, ружьем, ходила всё это утро, ожидая неизбежного выстрела. Утро до приезда доктора прошло благополучно. Пропустив доктора, княжна Марья села с книгой в гостиной у двери, от которой она могла слышать всё то, что происходило в кабинете.
Сначала она слышала один голос Метивье, потом голос отца, потом оба голоса заговорили вместе, дверь распахнулась и на пороге показалась испуганная, красивая фигура Метивье с его черным хохлом, и фигура князя в колпаке и халате с изуродованным бешенством лицом и опущенными зрачками глаз.
– Не понимаешь? – кричал князь, – а я понимаю! Французский шпион, Бонапартов раб, шпион, вон из моего дома – вон, я говорю, – и он захлопнул дверь.
Метивье пожимая плечами подошел к mademoiselle Bourienne, прибежавшей на крик из соседней комнаты.
– Князь не совсем здоров, – la bile et le transport au cerveau. Tranquillisez vous, je repasserai demain, [желчь и прилив к мозгу. Успокойтесь, я завтра зайду,] – сказал Метивье и, приложив палец к губам, поспешно вышел.
За дверью слышались шаги в туфлях и крики: «Шпионы, изменники, везде изменники! В своем доме нет минуты покоя!»
После отъезда Метивье старый князь позвал к себе дочь и вся сила его гнева обрушилась на нее. Она была виновата в том, что к нему пустили шпиона. .Ведь он сказал, ей сказал, чтобы она составила список, и тех, кого не было в списке, чтобы не пускали. Зачем же пустили этого мерзавца! Она была причиной всего. С ней он не мог иметь ни минуты покоя, не мог умереть спокойно, говорил он.
– Нет, матушка, разойтись, разойтись, это вы знайте, знайте! Я теперь больше не могу, – сказал он и вышел из комнаты. И как будто боясь, чтобы она не сумела как нибудь утешиться, он вернулся к ней и, стараясь принять спокойный вид, прибавил: – И не думайте, чтобы я это сказал вам в минуту сердца, а я спокоен, и я обдумал это; и это будет – разойтись, поищите себе места!… – Но он не выдержал и с тем озлоблением, которое может быть только у человека, который любит, он, видимо сам страдая, затряс кулаками и прокричал ей:
– И хоть бы какой нибудь дурак взял ее замуж! – Он хлопнул дверью, позвал к себе m lle Bourienne и затих в кабинете.
В два часа съехались избранные шесть персон к обеду. Гости – известный граф Ростопчин, князь Лопухин с своим племянником, генерал Чатров, старый, боевой товарищ князя, и из молодых Пьер и Борис Друбецкой – ждали его в гостиной.
На днях приехавший в Москву в отпуск Борис пожелал быть представленным князю Николаю Андреевичу и сумел до такой степени снискать его расположение, что князь для него сделал исключение из всех холостых молодых людей, которых он не принимал к себе.
Дом князя был не то, что называется «свет», но это был такой маленький кружок, о котором хотя и не слышно было в городе, но в котором лестнее всего было быть принятым. Это понял Борис неделю тому назад, когда при нем Ростопчин сказал главнокомандующему, звавшему графа обедать в Николин день, что он не может быть:
– В этот день уж я всегда езжу прикладываться к мощам князя Николая Андреича.
– Ах да, да, – отвечал главнокомандующий. – Что он?..
Небольшое общество, собравшееся в старомодной, высокой, с старой мебелью, гостиной перед обедом, было похоже на собравшийся, торжественный совет судилища. Все молчали и ежели говорили, то говорили тихо. Князь Николай Андреич вышел серьезен и молчалив. Княжна Марья еще более казалась тихою и робкою, чем обыкновенно. Гости неохотно обращались к ней, потому что видели, что ей было не до их разговоров. Граф Ростопчин один держал нить разговора, рассказывая о последних то городских, то политических новостях.
Лопухин и старый генерал изредка принимали участие в разговоре. Князь Николай Андреич слушал, как верховный судья слушает доклад, который делают ему, только изредка молчанием или коротким словцом заявляя, что он принимает к сведению то, что ему докладывают. Тон разговора был такой, что понятно было, никто не одобрял того, что делалось в политическом мире. Рассказывали о событиях, очевидно подтверждающих то, что всё шло хуже и хуже; но во всяком рассказе и суждении было поразительно то, как рассказчик останавливался или бывал останавливаем всякий раз на той границе, где суждение могло относиться к лицу государя императора.
За обедом разговор зашел о последней политической новости, о захвате Наполеоном владений герцога Ольденбургского и о русской враждебной Наполеону ноте, посланной ко всем европейским дворам.
– Бонапарт поступает с Европой как пират на завоеванном корабле, – сказал граф Ростопчин, повторяя уже несколько раз говоренную им фразу. – Удивляешься только долготерпению или ослеплению государей. Теперь дело доходит до папы, и Бонапарт уже не стесняясь хочет низвергнуть главу католической религии, и все молчат! Один наш государь протестовал против захвата владений герцога Ольденбургского. И то… – Граф Ростопчин замолчал, чувствуя, что он стоял на том рубеже, где уже нельзя осуждать.
– Предложили другие владения заместо Ольденбургского герцогства, – сказал князь Николай Андреич. – Точно я мужиков из Лысых Гор переселял в Богучарово и в рязанские, так и он герцогов.
– Le duc d"Oldenbourg supporte son malheur avec une force de caractere et une resignation admirable, [Герцог Ольденбургский переносит свое несчастие с замечательной силой воли и покорностью судьбе,] – сказал Борис, почтительно вступая в разговор. Он сказал это потому, что проездом из Петербурга имел честь представляться герцогу. Князь Николай Андреич посмотрел на молодого человека так, как будто он хотел бы ему сказать кое что на это, но раздумал, считая его слишком для того молодым.
– Я читал наш протест об Ольденбургском деле и удивлялся плохой редакции этой ноты, – сказал граф Ростопчин, небрежным тоном человека, судящего о деле ему хорошо знакомом.
Пьер с наивным удивлением посмотрел на Ростопчина, не понимая, почему его беспокоила плохая редакция ноты.
– Разве не всё равно, как написана нота, граф? – сказал он, – ежели содержание ее сильно.
– Mon cher, avec nos 500 mille hommes de troupes, il serait facile d"avoir un beau style, [Мой милый, с нашими 500 ми тысячами войска легко, кажется, выражаться хорошим слогом,] – сказал граф Ростопчин. Пьер понял, почему графа Ростопчина беспокоила pедакция ноты.
– Кажется, писак довольно развелось, – сказал старый князь: – там в Петербурге всё пишут, не только ноты, – новые законы всё пишут. Мой Андрюша там для России целый волюм законов написал. Нынче всё пишут! – И он неестественно засмеялся.
Разговор замолк на минуту; старый генерал прокашливаньем обратил на себя внимание.
– Изволили слышать о последнем событии на смотру в Петербурге? как себя новый французский посланник показал!
– Что? Да, я слышал что то; он что то неловко сказал при Его Величестве.
– Его Величество обратил его внимание на гренадерскую дивизию и церемониальный марш, – продолжал генерал, – и будто посланник никакого внимания не обратил и будто позволил себе сказать, что мы у себя во Франции на такие пустяки не обращаем внимания. Государь ничего не изволил сказать. На следующем смотру, говорят, государь ни разу не изволил обратиться к нему.
Все замолчали: на этот факт, относившийся лично до государя, нельзя было заявлять никакого суждения.
– Дерзки! – сказал князь. – Знаете Метивье? Я нынче выгнал его от себя. Он здесь был, пустили ко мне, как я ни просил никого не пускать, – сказал князь, сердито взглянув на дочь. И он рассказал весь свой разговор с французским доктором и причины, почему он убедился, что Метивье шпион. Хотя причины эти были очень недостаточны и не ясны, никто не возражал.
За жарким подали шампанское. Гости встали с своих мест, поздравляя старого князя. Княжна Марья тоже подошла к нему.
Он взглянул на нее холодным, злым взглядом и подставил ей сморщенную, выбритую щеку. Всё выражение его лица говорило ей, что утренний разговор им не забыт, что решенье его осталось в прежней силе, и что только благодаря присутствию гостей он не говорит ей этого теперь.
Когда вышли в гостиную к кофе, старики сели вместе.
Князь Николай Андреич более оживился и высказал свой образ мыслей насчет предстоящей войны.
Он сказал, что войны наши с Бонапартом до тех пор будут несчастливы, пока мы будем искать союзов с немцами и будем соваться в европейские дела, в которые нас втянул Тильзитский мир. Нам ни за Австрию, ни против Австрии не надо было воевать. Наша политика вся на востоке, а в отношении Бонапарта одно – вооружение на границе и твердость в политике, и никогда он не посмеет переступить русскую границу, как в седьмом году.
– И где нам, князь, воевать с французами! – сказал граф Ростопчин. – Разве мы против наших учителей и богов можем ополчиться? Посмотрите на нашу молодежь, посмотрите на наших барынь. Наши боги – французы, наше царство небесное – Париж.
Он стал говорить громче, очевидно для того, чтобы его слышали все. – Костюмы французские, мысли французские, чувства французские! Вы вот Метивье в зашей выгнали, потому что он француз и негодяй, а наши барыни за ним ползком ползают. Вчера я на вечере был, так из пяти барынь три католички и, по разрешенью папы, в воскресенье по канве шьют. А сами чуть не голые сидят, как вывески торговых бань, с позволенья сказать. Эх, поглядишь на нашу молодежь, князь, взял бы старую дубину Петра Великого из кунсткамеры, да по русски бы обломал бока, вся бы дурь соскочила!
Все замолчали. Старый князь с улыбкой на лице смотрел на Ростопчина и одобрительно покачивал головой.
– Ну, прощайте, ваше сиятельство, не хворайте, – сказал Ростопчин, с свойственными ему быстрыми движениями поднимаясь и протягивая руку князю.
– Прощай, голубчик, – гусли, всегда заслушаюсь его! – сказал старый князь, удерживая его за руку и подставляя ему для поцелуя щеку. С Ростопчиным поднялись и другие.

Княжна Марья, сидя в гостиной и слушая эти толки и пересуды стариков, ничего не понимала из того, что она слышала; она думала только о том, не замечают ли все гости враждебных отношений ее отца к ней. Она даже не заметила особенного внимания и любезностей, которые ей во всё время этого обеда оказывал Друбецкой, уже третий раз бывший в их доме.
Княжна Марья с рассеянным, вопросительным взглядом обратилась к Пьеру, который последний из гостей, с шляпой в руке и с улыбкой на лице, подошел к ней после того, как князь вышел, и они одни оставались в гостиной.
– Можно еще посидеть? – сказал он, своим толстым телом валясь в кресло подле княжны Марьи.
– Ах да, – сказала она. «Вы ничего не заметили?» сказал ее взгляд.
Пьер находился в приятном, после обеденном состоянии духа. Он глядел перед собою и тихо улыбался.
– Давно вы знаете этого молодого человека, княжна? – сказал он.
– Какого?
– Друбецкого?
– Нет, недавно…
– Что он вам нравится?
– Да, он приятный молодой человек… Отчего вы меня это спрашиваете? – сказала княжна Марья, продолжая думать о своем утреннем разговоре с отцом.
– Оттого, что я сделал наблюдение, – молодой человек обыкновенно из Петербурга приезжает в Москву в отпуск только с целью жениться на богатой невесте.
– Вы сделали это наблюденье! – сказала княжна Марья.
– Да, – продолжал Пьер с улыбкой, – и этот молодой человек теперь себя так держит, что, где есть богатые невесты, – там и он. Я как по книге читаю в нем. Он теперь в нерешительности, кого ему атаковать: вас или mademoiselle Жюли Карагин. Il est tres assidu aupres d"elle. [Он очень к ней внимателен.]
– Он ездит к ним?
– Да, очень часто. И знаете вы новую манеру ухаживать? – с веселой улыбкой сказал Пьер, видимо находясь в том веселом духе добродушной насмешки, за который он так часто в дневнике упрекал себя.
– Нет, – сказала княжна Марья.
– Теперь чтобы понравиться московским девицам – il faut etre melancolique. Et il est tres melancolique aupres de m lle Карагин, [надо быть меланхоличным. И он очень меланхоличен с m elle Карагин,] – сказал Пьер.
– Vraiment? [Право?] – сказала княжна Марья, глядя в доброе лицо Пьера и не переставая думать о своем горе. – «Мне бы легче было, думала она, ежели бы я решилась поверить кому нибудь всё, что я чувствую. И я бы желала именно Пьеру сказать всё. Он так добр и благороден. Мне бы легче стало. Он мне подал бы совет!»
– Пошли бы вы за него замуж? – спросил Пьер.
– Ах, Боже мой, граф, есть такие минуты, что я пошла бы за всякого, – вдруг неожиданно для самой себя, со слезами в голосе, сказала княжна Марья. – Ах, как тяжело бывает любить человека близкого и чувствовать, что… ничего (продолжала она дрожащим голосом), не можешь для него сделать кроме горя, когда знаешь, что не можешь этого переменить. Тогда одно – уйти, а куда мне уйти?…
– Что вы, что с вами, княжна?
Но княжна, не договорив, заплакала.
– Я не знаю, что со мной нынче. Не слушайте меня, забудьте, что я вам сказала.
Вся веселость Пьера исчезла. Он озабоченно расспрашивал княжну, просил ее высказать всё, поверить ему свое горе; но она только повторила, что просит его забыть то, что она сказала, что она не помнит, что она сказала, и что у нее нет горя, кроме того, которое он знает – горя о том, что женитьба князя Андрея угрожает поссорить отца с сыном.

... «Повернувшись в другую сторону, они увидели, как с пологой стороны склона карабкались четыре человека.
- Чёрт ! Опять они. Как они нас обнаружили.
— Наверное, они решили нас перехватить у кротовой норы. У них тоже есть сканер, указывающий их месторасположение.
— Где она? Сканер указывает, что совсем близко.
Голова у Кинчилто начала сильно раскалываться.
— Подожди, дай осмотреться. Вон там грот. Скорей туда. Из последних сил они бросились к нему.»

Междометия - это класс неизменяемых слов, служащих для нерасчлененного выражения чувств, ощущений, душевных состояний и других (часто непроизвольных) эмоциональных и эмоционально-волевых реакций на окружающую действительность.

В системе частей речи междометия занимают особое положение. Как слова, лишенные номинативного значения, они не относятся ни к одной из знаменательных частей речи. Вместе с тем междометия существенно отличаются и от слов служебных, так как их роль в синтаксической организации текста не аналогична роли частиц, союзов или - тем более - предлогов.

По составу междометия делятся на первообразные и непервообразные.

К первообразным относятся междометия, в современном языке не имеющие связей ни с одной из знаменательных частей речи, такие как а, ага, ай, ау, ах, ба, брр, брысь, гей, ей-ей, и, их, на, но, ну, о, ого, ой, ох, тпру, тю, тьфу, у, увы, улю-лю, уф, ух, фи, фрр, фу, ха, хи, хо, цыц, э, эй, эх, эхма.

Такие междометия в большинстве случаев ведут свое происхождение от эмоциональных выкриков, восклицаний, а также возгласов и звучаний, сопровождающих рефлексы организма на внешние раздражения.

Первообразными являются также звукоподражания, такие как агу, кхе-кхе, ха-ха-ха, хи-хи-хи, гав-гав, иго-го, карр-карр, куд-кудах, мяу, му-у, фырк, бряк, бух, дзинь-дзинь, ёк, трах-тарах, шлеп, щёлк.

Непервообразные междометия представляют собой группу слов, в разной степени соотносительных со словами или формами той или иной знаменательной части речи.

К числу непервообразных междометий, связанных с существительными, относятся словабатюшки, боже, владыко, господи, дьявол, матушки, создатель, спасе (устар.), творец, черт. Значительное число непервообразных междометий связано с глаголом: брось, будет, вишь (из видишь), здравствуй(те), извини (те), ишь (из видишь), пли (из пали), поди-тка, подумаешь, подумать, подумать только, пожалуйста, помилуй(те), скажите, товсь (из готовься), усь (из куси), хватит.

Единичны междометия, связанные с местоименными словами, наречиями, частицами или союзами:вона, то-то, эва, эк, эка; вон, долой, полно, прочь, тш-ш-ш; ужо, однако . Сюда же примыкают нечленимые или слабо членимые сочетания первообразного междометия с частицей или местоимением:да уж, на тебе (нате), ну уж, ну да, ой ли , а также соединения ну и ну и ей-же-ей .

Заметное место среди непервообразных междометий занимают устойчивые словосочетания и фразеологизмы: батюшки-светы, боже мой, боже праведный, боже правый, господи боже мой, господи прости (прости господи), боже упаси (упаси бог), боже сохрани, господи благослови, господи помилуй, слава богу, чёрта с два, чёрт побери, чёрт возьми, что за чёрт, поди ж ты, скажите на милость, я тебя, вот тебе на, вот тебе раз, вот так так, вот то-то и оно (то-то и оно-то), вот это да, как бы не так, чтоб тебя .

В особую группу среди непервообразных междометий выделяются глагольные междометия (междометные глаголы, глагольно-междометные формы) типа верть, глядь, мах-мах, морг, нырь, прыг, скок, стук, толк, тык, хап, хвать, хлесть, шварк, шмыг, тресь, формально и функционально совпадающие с первообразными звукоподражаниями типа бум, грох, тук, хлоп, щелк, кувырк . Все они обозначают частые, резкие или стремительные движения и могут служить образцом для окказиональных новообразований.

Непервообразными являются все призывные междометия, образованные от обиходных названий соответствующих домашних животных: кис-кис, уть-уть, тель-тель, цып-цып.

В отличие от первообразных междометий, междометия непервообразные представляют собой пополняющуюся группу слов. Главными источниками пополнения здесь являются оценочно-характеризующие существительные типа горе, беда, смерть, страх, ужас, крышка, табак, труба, каюк, дудки, пропасть, дьявольщина (сюда же - устойчивые сочетания типа вот так штука, вот так клюква, вот так номер ), а также глагольные формы со значением побудительности: погоди, постой, давай, вали .

К классу междометий относится также ряд заимствованных слов: айда, алло, амба, аппорт, арьер, ату, баста, бис, браво, туше, караул, марш, мерси, пас, стоп, тубо, ура, шабаш, шерш .

По своим семантическим функциям (значению) междометия распадаются на три группы; это междометия, обслуживающие сферы эмоций и эмоциональных оценок, волеизъявления и этикета.

Междометия, обслуживающие сферу эмоций, членятся на междометия, семантические функции которых однозначны и неоднозначны.

К числу междометий со специализированными (однозначными) семантическими функциямиотносятся: ай-ай-ай, ба, боже сохрани, бог с тобой, браво, бррр, вона, вот те крест, вот те христос, вот тебе на, вот тебе раз, вот так так, гм, господь с тобой, да ну, дьявол, ей, ей-богу, ей-же-ей, ей право, еще чего, и (и полно), как бы не так, как же, на-поди, на тебе (нате), ну да (ну да, как же), ну и ну, ну уж, однако, ой ли, ох, поди ж ты, подумаешь, помилуйте, скажите (скажите на милость), слава богу, то-то (вот то-то, то-то и оно-то), тю, тьфу, увы, ф-фе, фи, фрр, фу, ха, х-хе, хи, хо, ужо, упаси бог, ура, чёрт, чёрт-те что, что за чёрт, чёрта с два, чтоб тебя, сейчас (в произношении - щас), эва, эк, эка, эх, эхма.

Большая часть этих междометий выражает отрицательные эмоции: презрение, пренебрежение, насмешку, отвращение, досаду, укор, порицание, угрозу, протест, осуждение, раздражение, испуг, огорчение, растерянность, недовольство, недоверие, вызов, неодобрительное или чрезвычайное удивление, замешательство, сожаление, клятвенное уверение, возмущение, горе, тоску, печаль, боль.

Слова, выражающие положительные эмоции, среди междометий с семантически однозначными функциями единичны: (восторг, восхищение), слава богу (облегчение), (ликование) . Сфера отрицательных эмоций располагает несравненно большим числом специализированных средств выражения, нежели сфера эмоций положительных.

К междометиям с семантически неоднозначной функцией относятся: а, ага, ай, ах, ахти, батюшки, боже мой, вот это да, господи, ишь, их, матушки, ну, о, ого, ой, с ума сойти, ужас, чёрт возьми, чёрт побери . Все они передают состояние возбуждения, чем и предопределяются возможности их использования для выражения самых разнородных, нередко прямо исключающих друг друга чувств и ощущений.

С опорой на содержание (контекст) и общую эмоциональную окрашенность речи и при поддержке других средств - как языковых (интонация), так и внеязыковых (жесты, мимика) - одно и то же междометие может выражать одобрение и порицание, испуг и радость, восхищение и презрение, страх и решимость.

Почти все междометия, обслуживающие сферу эмоций, ярко экспрессивны. Тем не менее у некоторых междометий экспрессивность может быть еще более усилена. В отдельных случаях повышение экспрессивности достигается средствами словообразования (путем прибавления суффиксов субъективной оценки: ой-ой-ошеньки, охохонюшки ); часто используется прием осложнения междометия местоимением ты , при таком употреблении почти полностью утрачивающим свое лексическое значение и интонационно сливающимся с междометием: ах ты, ох ты, ух ты, их ты, ишь ты, эх ты, тьфу ты, фу ты, ну ты . Распространенным средством усиления экспрессии является совместное употребление нескольких - чаще двух - междометий: тьфу чёрт, ах боже мой, ой батюшки .

Обратите внимание, что в таком случае местоимения не отделяются друг от друга запятыми.

Междометия, обслуживающие сферу волеизъявлений, выражают обращенные к людям или животным команды и призывы. Значительная их часть представляет собой заимствования из других языков и принадлежит профессиональной речи военных, охотников, моряков, строителей, дрессировщиков: фу, фас, алле, анкор, аппорт, арьер, даун, иси, куш, пиль, тубо, шерш, майна, вира, полундра . Помимо этих узко специальных и малоупотребительных слов к данной семантической сфере относятся междометия, призывающие на помощь (караул) , побуждающие к отклику (ау, алло, эй) , требующие тишины, внимания, согласия (тш, тсс, чу, чур) , побуждающие к осуществлению или прекращению каких-либо действий: айда, ату, брось, брысь, взяли, валяй, ну же (да ну же), кыш, марш, на, но, ну, пади, тпрру, улю-лю, усь, цыц, шабаш.

В силу своей близости к повелительному наклонению междометия, функционирующие в сфере волеизъявлений, обнаруживают ряд специфических глагольных признаков.

Некоторые из них способны принимать постфикс -те (на - нате, ну - ну те, полно - полноте, айда - айдате, брось - бросьте, цыц - цыцте, валяй - валяйте, брысь - брысьте) и к соединению с частицей -ка (на - на-ка - нате-ка - на-тка, ну - ну-ка - нуте-ка - ну-тка, айда - айдате-ка) .

Еще большее число таких междометий проявляет способность к синтаксическим связям с теми или иными (чаще местоименными) формами: чур меня, ату его, ну вас, брысь отсюда, на яблоко, марш домой, айда на речку.

Междометия ау, алло, эй, на, но (н-но-о), ну, тпру, улю-лю могут употребляться при обращениях:Ау, Женя, где ты?

Свойством синтаксической сочетаемости с другими словами обладают и отдельные междометия, относящиеся к собственно эмоциональной сфере: увы мне, ужо тебе, тьфу на него, тьфу мне на них.

Особой разновидностью междометий, выражающих волеизъявление, являются близкие к обращениям слова, служащие для призыва животных (кис-кис, цып-цып) , и междометия, используемые при общении с маленькими детьми: у-тю-тю, агу (и мотивированное им агунюшки, агушеньки ), бай-бай, баю-бай (баюшки-баю, баиньки) , сюда же детское чур-чура .

К междометиям, обслуживающим сферу этикета, относятся такие слова, как здравствуй(те), до свиданья, спасибо, благодарю, благодарствуй(те), прощай(те), извини (те), прости (те), пожалуйста, всего хорошего, всего, мое почтение, привет, здорово, пока.

Междометия могут функционировать в качестве эквивалента предложения, модального компонента предложения, члена предложения.

Синтаксическая активность разных групп междометий различна; не все названные функции равноценны: одни из них соответствуют природе самих междометий, другие - вторичны и лишь отражают характер синтаксического взаимодействия междометий со словами других частей речи.

К выполнению функции эквивалента предложения способны все междометия. Междометие имеет силу высказывания и в этом случае характеризуется самостоятельной интонацией: От удивления мог произнести только один звук: «О!»

Функция модального компонента предложения может реализоваться двояко. В одних случаях междометие употребляется как вводное слово: Терпение начинает мало-помалу лопаться, но вот - уpa! - слышится звонок. В других случаях модальная функция междометия неотделима от общего значения предложения, а междометие - от самой конструкции предложения: Ох и красота!; Ах она змея!; Эх и песня!; Вишь как ругается!; Ну и мороз!

К выполнению последней функции способны только собственно эмоциональные междометия, преимущественно первообразные.

С модальной функцией междометий смыкается функция усиления качественного или количественного признака, выраженного какой-либо знаменательной частью речи. Употребляясь в акцентирующей функции, междометие помещается непосредственно перед словом, обозначающим самый признак, или выносится в синтаксическую позицию зависимого предложения: У! Какая образина!; Вот и прошлый год был такой неурожай, что боже храни!

Функция члена предложения в большинстве случаев не является собственной синтаксической функцией междометий. Возможность употребления междометия в позиции того или иного компонента предложения обычно возникает тогда, когда междометие замещает собою ту или иную словоформу:Она всё ох да ох; Характер у него ой-ой-ой; Народу - господи боже мой!; Дела - увы и ах!

Исключение составляют звукоподражания типа бам, бац, звяк, щёлк и глагольные междометия типа прыг, скок, толк, хвать , для которых функция члена предложения - сказуемого - является преимущественной синтаксической функцией. При этом они обычно получают контекстно-обусловленные значения прош. вр. сов. вида и уподобляются глаголам одноактного способа действия типа прыгнуть, хлопнуть, цапнуть : Вдруг слышу крик и конский топ… Подъехали к крылечку. Я поскорее дверью хлоп И спряталась за печку; Кот Васька насторожился И прыг к веретену; Дверью хлоп, ушла; Трамваем задавило? - шепотом спросил Поплавский. - Начисто! - крикнул Коровьев… Я был свидетелем. Верите - раз - голова прочь! Правая нога хрусть, пополам! Левая - хрусть, пополам!

Знаки препинания при местоимениях.

Междометия и междометные выражения выделяются запятыми:Увы, на разные забавы я много жизни погубил! В том случае, если они произносятся с восклицательной или вопросительной интонацией, после них ставится восклицательный или вопросительный знак соответственно: Ага!; Тьфу ты!; Ну? - спросил старик; Ну как же так-то, а? Если местоимение стоит в начале предложения, то следующее за ним слово пишется с заглавной буквы: Эх! Была не была! , если в середине, то со строчной: Но увы! нет его больше с нами .

Местоимения, стоящие перед словами как, какой и выражающие высокую степень качества, запятой не отделяются: Ух как высоко!; Ой какой страшный!

Конструкции с местоимениями эк, эка не разделяются запятыми: Эк его разобрало-то!

Междометия, входящие в состав конструкций с повторяющимися словами, не отделяются запятыми: Нудный ты, ох нудный!

Внутри нечленимых или слабо членимых сочетаний междометия с частицей или местоимением (да уж, на тебе, ну да, боже мой ) или сочетания двух и более междометий (тьфу чёрт, о боже, вот дьявольщина ) запятая не ставится.

Важно различать междометия и омонимичые им частицы, такие как а, ай, ах, да, ну, о, ой, ох, которые запятыми не выделяются: Ну вот и всё; Ай да крем! Ай да крем!; Ах она змея!; Да ладно!

Основным критерием различия является ударение: частица, в отличие от междометия, собственного ударения не имеет и интонационно сливается с последующим словом.

" data-title=""">

Междометия - важная часть русского языка. Именно междометия во многом делают речь богаче, выразительнее и насыщеннее - они позволяют передавать эмоции, чувства, делают описания более яркими и живыми. Само определение междометий звучит именно так - это слова и выражения, помогающие выразить эмоции, чувства и волеизъявления, при этом не определяя их.

Междометия не относятся ни к самостоятельным, ни к служебным частям речи и остаются изолированной группой. Однако их можно классифицировать по нескольким признакам.

Основные и дополнительные типы классификации междометий

Прежде всего, слова-междометия принято разделять на непроизводные и производные. Что это означает?

• Производные междометия образованы от других частей речи, являются видоизмененными формами некоторых слов. Например, к ним можно отнести междометия «полно», «скажите на милость», «да будет вам», «батюшки».
• Непроизводные междометия изначально образовались сами по себе и не связаны ни с какими частями речи - например, это «ой» и «ай», «ох» и «ах», «а» и «ну».

Также междометия принято подразделять в соответствии с их составом на простые, сложные и составные. Понять смысл очень легко:

• простые больше похожи на звуки и состоят только из одного слова - «ой», «ах», «господи»;
• сложные представлены несколькими повторяющимися словами - «ой-ой», «ну-ну», «ай-ай»;
• составные включают в себя сразу несколько разных слов и по сути являются целыми выражениями - «черт побери», «вот это да», «скажите пожалуйста».

Еще одна классификация междометий подразделяет их по значению в речи.

• Эмоциональные междометия - такие, как «ах», «ура», «ой», «какой ужас» - нужны для выражения определенных чувств и эмоций.
• Побудительные междометия предлагают совершить какое-то действие - например, «стой», «помилуй», «брысь» и так далее.
• Этикетные слова-междометия используются в речи для выражения благодарности, для приветствий и прощаний, просьб - например, «здравствуйте» и «салют», «мерси» и «спасибо» и тому подобное.

Для производных междометий можно выделить отдельную классификацию по частям речи - в зависимости от слова, благодаря которому они образованы. Существуют междометия местоименные и существительные, глагольные, междометия от союзов, наречий и частиц.

Особенность междометий - в том, что они не являются членами предложения, и проверочных вопросов для них не существует. Эти слова нужны исключительно для того, чтобы эмоционально выражать какие-либо чувства.

Это часть русского языка, выражающая побуждения, чувства и эмоции, но не называющая их. Как и служебные части речи, междометия не изменяются.

Не являются междометиями следующие слова:

- звукоподражающие (имитирующие обычные звуки и звуки, издаваемые птицами, животными или насекомыми): тук-тук, гав-гав, чирик-чирик.

Обозначающие мгновенные действия: топ, шлёп, прыг.

Виды междометий.

Междометия различаются по составу, происхождению и значению.

По составу междометия бывают:

• Простые междометия - состоящие из одного слова: здорово, ух, браво;
• Составные междометия - состоящие из двух и более слов: ух ты, вот те на, скажите на милость;
• Сложные междометия - состоящие из двух и более основ: ай-яй-яй, ой-ой-ой.

По происхождению различают:

• Производные междометия - образованные от других слов и словосочетаний (синтаксических конструкции): полно, подумаешь, дудки, скажите на милость и др.
• Непроизводные междометия - первородные, не имеющие генетических связей с другими частями речи: ой, ай, ух и др.

• Заимствованные междометия - междометия, которые пришли в русский язык из других языков: браво, баста, караул, вау и др.

По значению различают:

Синтаксическая роль междометий.
Обычно междометия не являются членами предложения . Но когда междометия выступают в роли других частей речи в предложении, они занимают своё место среди членов этого предложения. Давайте рассмотрим, какими членами предложения может выступать междометие , заменяя другие части речи:

• Из темноты в ответ донеслось бесконечное «ау». В этом предложении «ау» заменяет существительное и выступает в ролиподлежащего .
• Ай да девица! В этом предложении междометие «ай да» заменяет имя прилагательное, поэтому выступает в ролиопределения (какая девица?).

Междометия и знаки препинания.
Рассмотрим следующие правила постановки знаков препинания при междометиях :

Как отличить междометие от частиц?

Некоторые междометия могут иметь омонимы, которые пишутся так же, но на самом деле являются частицами, используемыми для усиления эмоционального оттенка предложения. Как отличить междометия о, ах, ох, ну и другие от омонимичных частиц?

1) Частица «о» обычно употребляется в обращениях и восклицательных предложениях перед словами «да» или нет»: О да, это то, что нужно! (сравните с междометием: О, как прекрасен этот день! )

2) Частица «ну» употребляется в предложениях с усилительным значением: Ну как же ты вырос, мой мальчик! (сравните с междометием: Ну, мы идём гулять или нет? )

3) Частица «ах» чаще всего используется с личными местоимениями: Ах ты, хитрая лисья морда! (сравните с междометием:Ах, как прекрасен это сад! )

В случаях, когда перед нами не междометие, а частица, запятые не ставятся. Междометия в предложении всегда выделяются знаками препинания. Исключения составляют словосочетания: «эх ты», «ух ты», «ай да», «ах ты», «ох и» и др.

Междометия – это своеобразные знаки, свидетельствующие об определённых чувствах. Отличает их от знаменательных частей речи то, что они выражают эмоции и волеизъявления, но не называют их.

«Ба! Знакомые все лица!» — восклицает Чацкий, увидев всё общество в полном составе. Междометие «Ба!» выражает удивление героя, который, спустя много лет, находит тех же людей с теми же взглядами на жизнь и с тем же мироощущением.

Междометия — примеры

Чаще всего междометия – это морфологически неизменяемые комплексы звуков, представляющие собой короткие выкрики (или вскрики), произносимые человеком непроизвольно: ай! ой! о! эх! и др. Именно природа этих слов позволяет отнести их появление в речи людей к самым ранним периодам в истории человечества, когда наши пращуры, объединившись в некий коллектив, решили обменяться мнениями. На это указывают и многочисленные исследования лингвистов.

Так, Виноградов В.В. в своей фундаментальной работе «Русский язык» утверждает, что междометия, хотя и не обладают функцией называния, имеют «осознанное коллективом смысловое содержание». Это значит, что за каждым междометием в данном языковом коллективе закреплён строго определённый смысл. Каждое междометие имеет своё лексическое значение, выражает определённое чувство или волеизъявление.

Например, слово «Цыц!» выражает запрет, приказание прекратить что-нибудь, а «ого!» — удивление. Кроме того, на «древность» происхождения междометий указывает и тот факт, что они не входят в систему частей речи и синтаксические связи их с другими словами в предложениях отсутствуют.

Татьяна ах! А он реветь. (Пушкин «Евгений Онегин»).

Очень интересно проследить появление междометий в произведениях древнерусской литературы: в «Поучении Владимира Мономаха» есть «Письмо к Олегу Святославичу», которое начинается словами: «О я, многострадальный и печальный!» А ведь это 11-ый век! В «Повести об убиении Андрея Боголюбского» во время самого убийства Боголюбский, обращаясь к врагам, восклицает: «О, горе вам, бесчестные!…». В «Слове о полку Игореве» (перевод Лихачева Д.С.) и автор летописи, и князь Игорь, и Ярославна употребляют это же междометие «О!» в различных ситуациях.

И сказал Игорь дружине своей:
«О дружина моя и братья!
Лучше ведь убитым быть…»
О Боян, соловей старого времени!
О Русская земля! Уже ты за холмом!..
О, стонать Русской Земле,
Вспоминая первые времена
И первых князей!..

Ярославна рано плачет в Путивле на забрале, приговаривая:

«О ветер, ветрило!..»

Следовательно, мы имеем дело с достаточно древними языковыми единицами, говоря о междометиях, такими же древними, как и первые летописи, в которых употреблены междометия. Примеры можно привести следующие.

1. По значению можно выделить три основные группы междометий: эмоциональные, императивные, междометия, связанные с выражением в речи норм этикета. Рассмотрим их в соответствии с данной классификацией.

Эмоциональные междометия выражают эмоциональную реакцию говорящего на происходящее или на речь собеседников, его отношение к воспринимаемым впечатлениям и их оценку. В рассказе «Мужики» Чехова А.П.: «Батюшки мои!» — изумилась Ольга, когда обе они вошли в избу». Эта группа междометий наиболее многочисленна, она доступна даже самым маленьким (по росту и по возрасту) носителям языка. Ребёнок, едва научившийся произносить звуки, при неприятном запахе скажет: «Фу!»; когда почувствует боль – произнесёт: «Ой!». Герой знаменитой комедии «Бриллиантовая рука» на узкой улочке турецкой столицы должен был упасть и произнести пароль: «Чёрт возьми». Это тоже эмоциональное междометие. Как часто мы оперируем такой фразой: «Тьфу, не сглазить бы!», где слово «тьфу» — эмоциональное междометие. Данная группа междометий представляет собой наиболее примитивную языковую конструкцию.

Императивные междометия выражают волеизъявление, призыв или побуждение к действию. Как правило, это обращение к собеседнику с предложением совершить то или иное действие, использующееся в повелительном наклонении:

На, прими это (подаёт фуражку и тросточку) – Хлестаков в комедии Н.В.Гоголя «Ревизор».

Цыц! – пристукнул дед Гришака. (Шолохов М.А. «Тихий Дон»).

Только призыв обозначает императивное междометие «Эй!». А междометие «ну» в сочетании с винительным падежом местоимения ты выражает пренебрежение и желание избавиться от чего-либо: «А ну его!». Побуждение такого типа употребляются по отношению к животным: кис-кис, цып-цып, ату, что свидетельствует о примитивности и какой-то первобытности междометий.

К третьей группе междометий, связанных с выражением в речи норм этикета, относятся реплики, заключающие общепринятые приветствия, формулы благодарности, извинений: спасибо, здравствуйте, до свидания, извините и др.

«Она побежала к воротам
- Прощайте! – крикнула она.» (Чехов «Дом с мезонином»).

2. Последняя группа междометий вызывает особый интерес в связи с соблюдением и несоблюдением норм речевого этикета. В быту, в школьной среде, в виртуальном общении и при использовании мобильной связи нормы речевого этикета незаметно, но верно изменяются.
Для того чтобы это доказать, я провела опрос среди своих сверстников – девятиклассников, в котором участвовало 32 человека.

На первый вопрос анкеты «Часто ли в своей речи вы используете междометия типа «ой», «эй», «господи», «фу», «чёрт возьми» и другие?» абсолютное число респондентов ответили: «Часто» (18 человек – 56%);

Употребление эмоциональных междометий в речи моих сверстников связано с различными школьными ситуациями. Так, я предложила ребятам обыграть ситуацию получения ими хорошей оценки – такое приятное событие! Как реагируют девятиклассники на него?

На первом месте по частотности употребления – междометие «ура!», им пользуются 11 человек (34%);

На втором месте – английское «йес!», этот варваризм очень популярен в выражении российских эмоций (4 человека – 12%).

На третьем месте – наше родное «ух ты!» (3 ученика — 9%).

А вот ниже «призового пьедестала» расположились слова «нештяк», «вау!», по поводу которых сатирически высказывается Михаил Задорнов. Довольно часто можно услышать эти слова из уст учеников. Я поинтересовалась у учителя английского языка, что они обозначают, оказалось, это утверждение с особым согласием.

Слова «клёво», «классно», «супер», которые слышатся, в том числе и с экранов телевизоров, тоже входят в лексикон моих сверстников. Но это уже крен в сторону слэнга, у меня к таким словам отношение отрицательное.

А вот ответы на следующий вопрос отдают нашим местным колоритом, типичное такое забайкальское словечко «но» звучит в качестве положительного ответа на любой вопрос.

Ты приготовил уроки?
- Но…
- Ты прибрался в комнате?
- Но…

Так отвечают 12 человек, хотя знают, что надо говорить в этом случае «да»; и «да», и «но» — 3 человека; только «да» — 16 человек.

Императивное междометие «алло!» (в значении «говорите, я вас слушаю») употребляется в устной речи часто, а вот писать его многие не умеют: по моей просьбе ребята должны были написать «алло»: 9 человек сделали ошибки (это 28%). Следовательно, надо уметь не только произносить междометия, но и грамотно писать их.

Особый интерес для меня представляло употребление моими сверстниками междометий, связанных с употреблением в речи норм этикета. Эти слова вместе с жестами – своеобразные окна, сквозь которые мы можем не только услышать друг друга, но и увидеть. Легко убедиться, как трудно, энергично топнув о пол ногой, сказать приветливо «здравствуйте» или, махнув безнадёжно рукой, произнести восторженное «ах!».

Таким образом, и жест как средство общения интересует исследователя. Часто мы по интонации приветствия можем определить настроение человека.

Так, приходя в школу в хорошем расположении духа, наши девятиклассники говорят «здравствуйте» — в 29 случаях (из 32), «где нужно, обязательно говорю» — 1 человек, «редко» — 2 человека. В этом же вопросе упоминались и другие междометия данной группы: «спасибо», «до свидания». Как следует из нашего опроса, нормы речевого этикета используются моими сверстниками в полной мере.

И ещё один, на мой взгляд, интересный факт – наряду с соблюдением норм этикета ребята употребляют междометие «эй!» — 4 человека без объяснения ситуации; 7 человек не говорят или говорят редко; а вот большая часть (21 человек! 66%) охотно описывают ситуации, когда используют это междометие. «Междометие эй!, которое мы слышим от человека, знающего вас, но не желающего назвать вас по имени, звучит уже как оскорбление»,- писал теоретик театра Касаткин Н.В. Именно таким образом используют данное междометие, обращаясь к своим друзьям, близким, знакомым, которые на расслышали своего имени, 14 человек. (Поэтому после обработки анкет мне пришлось объяснить ребятам, что они поступают неверно). Обращаясь к незнакомому человеку своего возраста, «эй» говорят 7 ребят.

Таким образом, при проведении подобного опроса мне удалось убедиться в том, что живую речь невозможно представить без интонации. Роль интонации особенно повышается в междометии, лишённом лексического значения.

Ф. Дельсарт утверждал, что по богатству интонации междометию принадлежит первое место среди всех частей речи. Именно недооценкой роли интонации объясняется тот факт, что долгое время междометия смешивались некоторыми лингвистами с рефлекторными выкриками (реакцией на боль, испуг, неожиданность и т.п.).

3. А подлинной сокровищницей междометий, помимо живой (бытовой) речи является, конечно же, литература. Художественные произведения изобилуют междометиями, которые являются фактом непосредственно живого общения и поэтому коротки и концентрированны. Они придают речи героев эмоциональность, естественность и национальный колорит.

Ещё великий Цицерон говорил: «Каждое движение души имеет своё естественное выражение в голосе…» Бесконечно богато пространство междометий в произведениях Гоголя Н.В., Толстого Л.Н., Чехова А.П., Островского А.И., Горького А.М. – всех не перечесть.

Я решила проанализировать использование междометий в комедии, которую недавно изучали, и которая мне очень понравилась – «Недоросль» Д.И.Фонвизина.

Многозначное междометие «ах» украшает почти каждую страницу комедии. Узнав, что Митрофан «протосковал» до утра, ослеплённая материнской любовью Простакова восклицает: «Ах, Мати Божия!». И во время урока, когда Митрофан оскорбляет Цыфиркина, Простакова замечает: «Ах, Господи, Боже мой!». В устах этой «презлой фурии», человека без души и сердца междометия сии звучат кощунственно.

Узнав, что крепостная девушка заболела и лежит, та же Простакова возмущение своё передаёт тем же междометием: «Лежит! Ах, она бестия!». Бросившись на Митрофана как на соперника в приобретении Софьиного капитала, его дядя Скотинин рычит: «Ах, ты, чушка проклятая!». Междометие «ах», старое как мир, в данном контексте, передавая все негодование Скотинина, придаёт его фразе окончательно скотский оттенок.

Междометие «ой! ой! ой!» и «ай! ай! ай!» мелькает в речи иноземца Вральмана, который не силен в русском языке.

Устаревшее междометие «ба» произносит Скотинин довольно часто: «Ба! Да этот что тут равняется?», «Ба! Ба! Ба! Да разве светлиц у меня мало?». В устах самонадеянного и наглого Скотинина слово это звучит, обозначая недоумение, с оттенком сарказма со стороны автора.

Митрофан, как и положено баловню, которому всё позволено, часто употребляет императивные междометия, которые содержат повеление: «Ну! А там что?» — отвечает Митрофан матери, которая просит его поучиться «хоть для виду». В речи Софьи, Стародума, Правдина, Милона часто встречается междометие «а» в разных значениях: «А! ты уже здесь, друг мой сердечный!» — говорит Стародум, увидев Софью, которая ждёт его. А междометие выражает радость от встречи. Получив письмо от графа Честана, Стародум вновь произносит междометие «а» в значении «интересно, что он пишет». В диалоге с Правдиным он произносит: «А, сколь великой душе надобно быть в государстве…», передавая этим междометием мудрость в понимании роли царя для улучшения жизни его подданных.

102 междометия удалось насчитать нам в комедии, столь небольшой по объёму. А вообще в русском языке междометия составляют большой и весьма богатый – по диапазону выражаемых ими ощущений, переживаний, волевых импульсов, настроений – пласт слов.

По данным «Обратного словаря русского языка», в современном русском языке 341 междометие – больше, чем предлогов (141), союзов (110), частиц (149). Пользоваться этим интонационным богатством надо умело, ведь междометие можно не только услышать, но и … увидеть.

Так, на картине Петрова В.Г. «Охотники на привале» внимательный человек может услышать интонации нарисованных людей, даже угадать употребляемые ими междометия, выражающие удивление молодого охотника; недоверие, скептицизм, иронию среднего; восторженные, хвастливые восклицания охотника – старика.

Точно так же показывают нам определённые жизненные ситуации картины Репина, Крамского, Сурикова и других мастеров кисти.

Удивительная часть речи – междометие, если его можно даже нарисовать. И даже в искусственном языке будущего Эсперанто есть междометия – они не лишни в лексиконе воспитанного человека: bonan tagon! (добрый день!), bonan vesperon (добрый вечер!), bonvenon! (добро пожаловать!), bonvolu (пожалуйста!) Все люди во все времена в быту, на театральных подмостках, в школе и в армии, в большой аудитории и наедине будут использовать междометия. Ведь они – часть нашей жизни. И существовать без междометий невозможно.

Петрухина Оксана Владимировна,
Приезжих Татьяна Павловна

Литература:

1. Вартаньян Э.А. « Путешествие в слово», М., 1980.
2. Гвоздев А.Н. «Современный русский литературный язык», М., «Просвещение», 1973.
3. Изборник «Повести Древней Руси», М., «Художественная литература», 1986.
4. Середа Е.В. Статья «Ах, интонация!», Журнал «Русская словесность» 6, 2006.
5. «Современный русский литературный язык» под редакцией Леканта П.А., М., «Высшая школа», 1982.
6. Шанский Н.М., Тихонов А.Н. « Современный русский язык», часть 2, М., «Просвещение», 1987.