"...Когда речь идет о каких-то частных вопросах, сомнения остаются. Уж слишком различным выглядит личный счет немецких асов и летчиков любых других стран. 352 самолета Хартманна и 60 самолетов Кожедуба, лучшего из летчиков-истребителей союзников, невольно наталкивают на разные мысли.

Прежде всего хочу указать на типовые ошибки советских историографов. Но кроме них часто приходится сталкиваться и с примерами подлогов и фальсификации, увы:

1. "Эрих Хартманн совершил всего 800 боевых вылетов".

Хартманн за годы войны совершил около 1400 боевых вылетов. Цифра 800 - это количество воздушных боев. Между прочим, получается, что Хартманн ОДИН совершил в 2,5 раза больше вылетов, чем ВСЯ ЭСКАДРИЛЬЯ «Нормандия-Неман» вместе взятая. Это характеризует напряженность действий немецких пилотов на Восточном фронте, для них 3–4 вылета в день были нормой. А если Хартманн провел в 6 раз больше воздушных боев, чем Кожедуб, то почему он не может, соответственно, и сбить в 6 раз больше самолетов? Между прочим, другой кавалер "Железного креста с дубовыми лстьями, мечами и бриллиантами", Ханс-Ульрих Рудель за годы войны совершил более 2500 боевых вылетов.

2. "Немцы фиксировали победы с помощью фотопулемета".

Требовались подтверждения свидетелей - пилотов, участвовавших в бою, или наземных наблюдателей. Иной раз, пилоты дожидались по неделе и больше подтверждения своих побед.

3. "Немцы фиксировали "попадания", а не "победы".

Здесь мы сталкиваемся с очередным вариантом недобросовестного кратного перевода мемуаров немецких лётчиков. Немецкий - английский - русский. Здесь может запутаться и добросовестный переводчик, а для подлога вообще простор. Выражение "claim hit" не имеет ничего общего с выражением "claim victory". Первое употреблялось в бомбардировочной авиации, где редко можно было сказать более определенно. Пилоты-истребители им не пользовались. Они говорили только о победах или сбитых самолетах.

4. "Хартманн имеет только 150 подтвержденных побед, остальные известны только с его слов".

Это, к сожалению, пример прямого подлога. Сохранилась первая летная книжка Хартманна, в которой зафиксированы ПЕРВЫЕ 150 побед. Вторая пропала при его аресте. Мало ли, что ее видели, и заполнял ее штаб эскадры, а не Хартманн. Ну нет ее - и все! Как пакта Молотова-Риббентропа. А значит, с 13 декабря 1943 Эрих Хартманн не сбил ни одного самолета. Интересный вывод, не так ли?

5. "Немецкие асы просто не могли сбивать столько самолетов за один вылет".

Очень даже могли. Прочитайте внимательнее описание атак Хартманна. Сначала наносится удар по группе истребителей прикрытия, потом по группе бомбардировщиков, а если повезет - то и по группе зачистки. То есть, за один заход ему на прицел поочередно попадали 6-10 самолетов. И сбивал он далеко не всех.

6. "Нельзя парой выстрелов уничтожить наш самолет".

А кто сказал, что парой? Вот описание бегства немецкой авиации из Крыма. Немцы вывозят в фюзеляжах своих истребителей техников и механиков, но при этом не снимают крыльевые контейнеры с 30-мм пушками. Долго ли продержится советский истребитель под огнем 3 пушек? Одновременно это показывает, до какой степени они презирали наши самолеты. Ведь ясно, что с 2 контейнерами под крыльями Ме-109 летал чуть лучше полена.

7. "Немцы поочередно обстреливали один самолет и каждый записывал его на свой счет".

Просто без комментариев.

8. "Немцы бросили на Восточный фронт элитные истребительные части, чтобы захватить господство в воздухе".

Да не было у немцев элитных истребительных подразделений, кроме созданной в самом конце войны реактивной эскадрильи Галланда JV-44. Все остальные эскадры и группы были самыми обычными фронтовыми соединениями. Никаких там "Бубновых Тузов" и прочей ерунды. Просто у немцев многие соединения, кроме номера, имели еще и имя собственное. Так что все эти "Рихтгофены", "Грайфы", "Кондоры", "Иммельманы", даже "Грюн Херц" - это рядовые эскадры. Обратите внимание, сколько блестящих асов служило в заурядной безымянной JG-52.

А что е было на самом деле? Например, такой, совершенно парадоксальный вывод, возникающий после прочтения мемуаров Хартманна: Эрих Хартманн не провел ПОЧТИ НИ ОДНОГО воздушного боя. Столь милую сердцу наших пилотов воздушную карусель он отрицал принципиально. Набор высоты, пикирование на цель, немедленный уход. Сбил - сбил, не сбил - неважно. Бой прекращен! Если и будет новая атака, то лишь по этому же принципу. Сам Хартманн говорит, что по крайней мере 80 % сбитых им пилотов даже не подозревали об опасности. И уж подавно никакого мотания над полем боя, чтобы "прикрыть свои войска". Между прочим, однажды против этого восстал и Покрышкин. "Я не могу ловить бомбы своим самолетом. Перехватывать бомберы будем на подходе к полю боя". Перехватили, получилось. А после боя Покрышкин за свою изобретательность по шапке получил. Зато Хартманн только и занимался охотой. Так что, его 800 боев будет более справедливо назвать воздушными столкновениями, что ли.

И еще вспомните то нескрываемое раздражение, которое сквозит в мемуарах наших летчиков по поводу тактики немецких асов. Свободная охота! И никак ему бой не навяжешь! Такая беспомощность, очевидно, исключительно от того, что Як-3 был лучшим истребителем в мире. Недостатки наших лучших истребителей показали и авторы российского фильма «Истребители Восточного фронта». О предельном потолке в 3–3,5 км для наших истребителей пишет во всех своих книгах А. Яковлев, выдавая это за большой плюс. Но только после просмотра фильма я вспомнил постоянно мелькающую строчку воспоминаний самого Хартманна. "Мы подходили к району боя на высоте 5,5–6 км". Вот! То есть немцы в принципе получали право первого удара. Прямо на земле! Это определялось характеристиками самолетов и порочной советской тактикой. Какова цена такого преимущества, догадаться нетрудно.

Хартманн совершил 14 вынужденных посадок. Это так. Однако почитайте повнимательнее описания этих случаев, например, бой с 8 "Мустангами". У Хартманна кончилось горючее, и он что? - пытается спасти самолет? Ничуть. Он только и выбирает момент, чтобы безопасно выброситься с парашютом. У него не возникает даже мысли спасать самолет. Так что на получивших по 150 попаданий самолетах возвращались только наши летчики. Остальные резонно полагали, что жизнь дороже кучи железа. Вообще создается впечатление, что к факту вынужденной посадки немцы относились довольно буднично. Сломался автомобиль, и ладно, поменяем, поедем дальше. Вспомните 5 вынужденных посадок за один день Иоханнеса Визе. При том, что за этот же день он сбил 12 самолетов!

Рекордсменом по количеству сбитых немецких самолетов считается Иван Кожедуб. На его счету 62 вражеские машины. Александр Покрышкин отстал от него на 3 самолета — официально считается, что ас № 2 может нарисовать на своем фюзеляже 59 звездочек. На самом деле информация о первенстве Кожедуба является ошибочной.

Их восемь — нас двое. Расклад перед боем
Не наш, но мы будем играть!
Сережа, держись! Нам не светит с тобою.
Но козыри надо равнять.
Я этот небесный квадрат не покину —
Мне цифры сейчас не важны:
Сегодня мой друг защищает мне спину,
А значит, и шансы равны.

Владимир Высоцкий

Несколько лет назад в архиве трижды героя Советского Союза Александра Покрышкина обнаружились записи, которые позволяют по-иному взглянуть на заслуги легендарного летчика. Оказывается, в течение десятилетий истинное количество сбитых им фашистских самолетов сильно преуменьшалось. Причин тому было несколько.
Во-первых, сам факт падения каждого сбитого самолета противника нужно было подтверждать сообщениями наземных наблюдателей. Таким образом, все машины, уничтоженные за линией фронта, в статистику советских пилотов-истребителей не попадали по определению. Покрышкин, в частности, недосчитался из-за этого 9 «трофеев».
Во-вторых, многие из его товарищей вспоминали, что он щедро делился со своими ведомыми, чтобы те могли быстрее получить ордена и новые звания. Наконец, в 1941 году летная часть Покрышкина при отступлении была вынуждена уничтожить все документы, и более десятка побед сибирского героя осталось только в его памяти и личных записях. Прославленный летчик после войны не стал доказывать свое первенство и удовлетворился записанными на его счет 59 самолетами врага. У Кожедуба их было, как известно, 62. Сегодня можно сказать, что Покрышкин уничтожил 94 самолета, 19 — подбил (часть их, без сомнения, не смогла дотянуть до аэродрома или была добита другими летчиками), а 3 — уничтожил на земле. Покрышкин расправлялся в первую очередь с истребителями врага — самыми трудными и опасными целями. Бывало, что он и двое его соратников дрались с восемнадцатью противниками. Сибирский ас сбил 3 «фоккера», 36 «мессеров», еще 7 подбил, а 2 сжег на аэродромах. Легких бомбардировщиков им уничтожено 33, тяжелых — 18. На более мелкие цели он отвлекался редко, сбив 1 легкий разведывательный самолет и 4 транспортника. Для полной правды следует сказать, что свой боевой счет он начал 22 июня 1941 года с того, что сбил наш легкий двухместный бомбардировщик Су-2, который был по глупости командования настолько засекречен, что ни один советский истребитель не знал его силуэта. А лозунг всякого боевого летчика не оригинален: «Видишь незнакомый самолет — принимай его за противника».

Американский президент Франклин Рузвельт назвал Покрышкина самым выдающимся асом Второй мировой войны. С этим трудно не согласиться, хотя боевые заслуги Кожедуба не менее весомы. Наверняка на его счету тоже есть незафиксированные самолеты.

Еще менее повезло в этом отношении советскому летчику по имени Иван Федоров. Он сбил 134 вражеских «борта», провел 6 таранов, 2 самолета «взял в плен» — вынудил сесть на свой аэродром. При этом ни разу не был сбит сам и не потерял ни одного ведомого. Но этот летчик остался совершенно неизвестным. Его именем не назывались пионерские дружины, ему не ставили памятники. Проблемы возникли даже с присвоением ему звания Героя Советского Союза.

Первый раз к этой высокой награде Иван Федоров был представлен еще в 1938 году — за 11 сбитых в Испании самолетов. С большой группой офицеров из Испании Федоров приехал в Москву на торжественное вручение. Среди награжденных кроме летчиков были моряки и танкисты. На одном из «банкетов» представители дружественных родов войск стали выяснять, какой вид вооруженных сил лучше. Спор дошел до драки, а потом и до перестрелки. В результате 11 санитарных машин развозили пострадавших по московским госпиталям и моргам. Иван Федоров особого участия в драке не принимал, но, не в меру разбушевавшись, ударил приставленного к нему сотрудника НКВД. Летчик был первоклассным боксером — на второй день особист, не приходя в сознание, скончался. В результате Федоров был объявлен одним из зачинщиков скандала. Руководство Наркомата обороны замяло этот инцидент, но наград не дали никому. Всех раскидали по воинским частям с совершенно неподходящими для дальнейшей карьеры характеристиками.

Что же касается Федорова, то его и еще нескольких летчиков вызвал начальник генерального штаба авиации генерал-лейтенант Смушкевич и сказал: «Воевали геройски — и все насмарку!» А оставшись с Федоровым наедине, он доверительно и по-дружески предупредил, что НКВД завел на него особую папку по личному распоряжению Лаврентия Берии. Тогда от ареста и смерти Федорова спас сам Сталин, приказавший Берии не трогать летчика, чтобы не осложнять отношений с испанцами, для которых Иван был национальным героем. Однако из ВВС Федорова уволили и перевели пилотом-испытателем в КБ С.А. Лавочкина.

Лишенный звания Героя Советского Союза, Федоров буквально за несколько месяцев до вторжения фашистской Германии в СССР умудрился получить высшую военную награду Третьего рейха. Получилось это так.

Весной 1941 года СССР и Германия, находившиеся тогда в весьма дружеских отношениях, обменялись делегациями летчиков-испытателей. В составе советских пилотов Федоров поехал в Германию. Желая показать потенциальному противнику (а Иван ни минуты не сомневался в неизбежности войны с Германией) мощь советской военной авиации, летчик продемонстрировал в воздухе самые сложные фигуры пилотажа. Гитлер был ошеломлен и поражен, а рейхсмаршал авиации Геринг угрюмо подтвердил, что даже лучшие немецкие асы повторить «воздушные акробатические фокусы» советского летчика не смогут.

17 июня 1941 года состоялся прощальный банкет в резиденции рейхсканцлера, где Гитлер вручил советским летчикам награды. Федоров из его рук получил один из высших орденов рейха — Железный крест с дубовыми листьями 1-го класса. Сам Федоров вспоминал об этой награде неохотно: «Крест какой-то дали, я не разбираюсь, он мне не нужен, валялся у меня в коробке, я его не носил и никогда не одел бы». Тем более, что через несколько дней после возвращения советских летчиков началась Великая Отечественная...

Война застала Федорова в Горьком, где он работал на заводе испытателем. Целый год пилот безрезультатно «бомбардировал» высшие инстанции рапортами с просьбой отправить его на фронт. Тогда Федоров решил схитрить. В июне 1942 года на опытном истребителе ЛаГТ-3 он сделал 3 «мертвые петли» под мостом через Волгу. Надежа была на то, что воздушного хулигана отправят за это на фронт. Однако когда Федоров пошел на четвертый заход, зенитчики из охраны моста открыли по самолету огонь, подумав, видимо, что он может мост разрушить. Тогда летчик решил, что не будет даже возвращаться на свой аэродром, и полетел прямо на фронт...

До линии фронта было почти 500 км пути, и Федорова не только обстреливали зенитки, но и атаковали два МИГ-3 московских сил противовоздушной обороны. Счастливо избежав опасности, Иван Евграфович приземлился на аэродроме подмосковного Клина, в расположении штаба 3-й Воздушной армии.

Командующий армией Михаил Громов, прославленный полярный летчик, выслушав подробный доклад «волонтера», принял решение оставить его у себя. Между тем руководство Горьковского авиазавода объявило Федорова дезертиром и потребовало вернуть с фронта. Он послал им телеграмму: «Не затем удирал, чтобы к вам вернуться. Если виноват, отдайте под трибунал». По-видимому, за «дезертира» вступился сам Громов: «Если бы ты с фронта удрал, тогда судили бы, а ты же на фронт». Действительно, дело вскоре закрыли.

За первые полтора месяца Федоров сбил 18 немецких самолетов и уже в октябре 1942 года был назначен командиром 157-го истребительного авиационного полка. Весну 43-го он встретил уже командиром 273-й авиадивизии. А еще с лета 1942 до весны 1943 года Федоров командовал уникальной группой из 64 летчиков-штрафников, созданной по личному распоряжению Сталина. Тот считал неразумным отправлять пусть даже серьезно провинившихся пилотов в наземные штрафбаты, где они не могли принести никакой пользы, да и ситуация на фронте тогда складывалась так, что каждый обученный и опытный пилот был буквально на вес золота. Но командовать этими «воздушными хулиганами» никто из асов не хотел. И тогда Федоров сам вызвался руководить ими. При том что Громов наделил его правом расстреливать на месте каждого при малейшей попытке неповиновения, Федоров этим не воспользовался ни разу.

Штрафники блестяще показали себя, сбив около 400 самолетов противника, хотя победы им не засчитывались, как и самому Федорову, а распределялись по другим авиаполкам. Потом, уже после официального «прощения», несколько федоровских подопечных стали Героями Советского Союза. Наиболее известным из них был Алексей Решетов.

В мае 44-го Федоров, добровольно уйдя с должности командира 213-й авиадивизии, не желая заниматься «бумажной», по его мнению, работой, стал заместителем командира 269-й авиадивизии, получив возможность больше летать. Вскоре ему удалось собрать специальную группу, состоящую из девяти летчиков, вместе с которыми он занимался так называемой «свободной охотой» за линией фронта.

После тщательно проведенной разведки группа федоровских «охотников», хорошо знавшая расположение аэродромов противника, обычно к вечеру пролетала над одним из них и сбрасывала вымпел, представлявший собой банку из-под американской тушенки с грузом и запиской внутри. В ней на немецком языке летчикам люфтваффе предлагалось выйти на поединок, причем строго по числу прилетевших с советской стороны. В случае нарушения численного паритета «лишние» просто сбивались на взлете. Немцы, разумеется, вызов принимали.

В этих «дуэлях» Федоров одержал 21 победу. Но, пожалуй, самый свой удачный бой Иван Евграфович провел в небе над Восточной Пруссией в конце 44-го, сбив сразу 9 «мессершмиттов». Благодаря всем этим ярким достижениям у аса появилось фронтовое прозвище Анархист.

Все летчики «группы Федорова» получили звание Героя Советского Союза, а Василий Зайцев и Андрей Боровых были удостоены его дважды. Исключение составлял только сам командир. Все представления Федорова к этому званию по-прежнему «заворачивались».

После Великой Победы Федоров вернулся в КБ Лавочкина, где испытывал реактивные самолеты. Он первым в мире преодолел звуковой барьер на самолете Ла-176. А вообще на счету данного летчика 29 мировых авиационных рекордов. Именно за эти достижения 5 марта 1948 года Сталин присвоил Ивану Федорову звание Героя Советского Союза.
Что же касается безвестности самого результативного аса советских ВВС, то Иван Евграфович никогда не стремился развенчать это заблуждение: «За себя постоять всегда умел и сумею, но хлопотать и писать в высшие инстанции, для того чтобы вернули неврученные награды, никогда не стану. Да и не нужны они мне уже — другими материями душа живет».

Так что самыми лучшими советскими асами Второй мировой войны — вот такое заблуждение! — по-прежнему считаются Покрышкин и Кожедуб.

Наверное, самым важным фактором победы советского народа в Великой Отечественной войне стал массовый героизм. Около 500 советских летчиков применили в воздушном бою таран. Десятки экипажей, как и капитан Н. Гастелло, направили свои горящие самолеты на скопления боевой силы противника. Сегодня мы расскажем о некоторых героях - летчиках Великой Отечественной войны, которые навечно вписали свое имя в этот героический список.

1. Попков Виталий Иванович (01.05.1922 - 06.02.2010)

Участник Великой Отечественной войны, летчик-ас, командир звена 5-го гвардейского истребительного авиационного полка 207-й истребительной авиационной дивизии. Дважды Герой Советского Союза.

К февралю 1945 года совершил 325 боевых вылетов, в 83 воздушных боях лично сбил 41 и в группе 1 самолет противника. Участник Парада Победы 24 июня 1945 года в Москве.

Факты биографии Виталия Ивановича легли в основу фильма Леонида Быкова «В бой идут одни “старики”».

2. Гулаев Николай Дмитриевич (26.02.1918 - 27.09.1985)

Участник Великой Отечественной войны, летчик-истребитель, генерал-полковник авиации. Дважды Герой Советского Союза.

Всего за время войны совершил 250 боевых вылетов. В 49 воздушных боях лично сбил 55 самолетов противника и 5 - в группе.

3. Речкалов Григорий Андреевич (09.02.1918 (или 1920) - 20.12.1990)

Всего за время войны Речкаловым было совершено 450 боевых вылетов, 122 воздушных боя. Данные о сбитых самолетах разнятся. По одним источникам, сбито 56 самолетов лично и 6 - в группе.

4. Головачёв Павел Яковлевич (15.12.1917 - 02.07.1972)

Участник Великой Отечественной войны, летчик-ас, генерал-майор авиации, дважды Герой Советского Союза.

За время войны совершил 457 боевых вылетов, в 125 воздушных боях сбил лично 31 и в группе - 1 самолет противника. Свою последнюю победу одержал 25 апреля 1945 года в небе над Берлином.

5. Боровых Андрей Егорович (30.10.1921 - 07.11.1989)

Участник Великой Отечественной войны, генерал-полковник авиации, командующий авиацией Войск ПВО СССР (1969-1977), дважды Герой Советского Союза.

Всего за годы войны совершил более 470 боевых вылетов, провел свыше 130 воздушных боев, сбил лично 32 и в группе - 14 вражеских самолетов.

6. Евстигнеев Кирилл Алексеевич (04(17).02.1917 - 29.08.1996)

Участник Великой Отечественной войны, летчик-истребитель, ас, генерал-майор авиации, дважды Герой Советского Союза.

К весне 1945 года совершил около 300 боевых вылетов, участвовал в 120 воздушных боях, сбил 53 самолета противника лично, 3 - в группе; кроме того, один бомбардировщик ему не был засчитан.

7. Колдунов Александр Иванович (20.09.1923 - 07.06.1992)

Участник Великой Отечественной войны, советский военный и государственный деятель, Главный маршал авиации СССР, дважды Герой Советского Союза. Член ЦК КПСС, депутат Совета Национальностей Верховного Совета СССР.

Всего за годы войны совершил 412 боевых вылетов, провел 96 воздушных боев, в ходе которых им лично сбито 46 вражеских самолетов и 1 - в составе группы.

8. Скоморохов Николай Михайлович (19.05.1920 - 14.10.1994)

Участник Великой Отечественной войны, летчик-истребитель, маршал авиации, дважды Герой Советского Союза, заслуженный военный летчик СССР. Депутат Верховного Совета СССР.

Всего за время Великой Отечественной войны совершил 605 боевых вылетов, провел более 130 воздушных боев, сбил лично 46 фашистских самолетов и 8 самолетов в группе, а также уничтожил на земле 3 бомбардировщика противника. Сам Скоморохов ни разу не был ранен, его самолет не горел, не был сбит. Имел позывной «Скоморох». О нахождении его в небе гитлеровцы предупреждали своих пилотов как о серьезной опасности.

9. Ефимов Александр Николаевич (06.02.1923 - 31.08.2012)

Участник Великой Отечественной войны, Заслуженный военный летчик СССР, маршал авиации. Депутат Совета Национальностей Верховного Совета СССР, член ЦК КПСС. Дважды Герой Советского Союза.

Всего за годы войны совершил 288 боевых вылетов на штурмовике Ил-2, в ходе которых им лично и в составе группы уничтожено 85 вражеских самолетов на аэродромах (что является высшим достижением среди советских летчиков всех родов авиации) и 8 самолетов сбито в воздушных боях, уничтожено большое количество живой силы и техники противника.

10. Клубов Александр Фёдорович (18.01.1918 - 01.11.1944)

Участник Великой Отечественной войны, летчик-истребитель, советский ас, дважды Герой Советского Союза.

Всего за годы войны совершил 457 боевых вылетов. Лично сбил 31 самолет противника и еще 19 - в группе. Александр Клубов погиб 1 ноября 1944 года во время тренировочного полета на новейшем истребителе Ла-7.

11. Недбайло Анатолий Константинович (28.01.1923 - 13.05.2008)

Участник Великой Отечественной войны, командир эскадрильи 75-го гвардейского авиационного полка 1-й гвардейской штурмовой авиационной дивизии 1-й воздушной армии 3-го Белорусского фронта, генерал-лейтенант авиации, дважды Герой Советского Союза.

Капитан Анатолий Недбайло совершил 209 боевых вылетов, нанеся противнику большие потери в живой силе и технике.

12. Сафонов Борис Феоктистович (13(26).08.1915 - 30.05.1942)

Участник Великой Отечественной войны, первый дважды Герой Советского Союза.

Всего за время боевых действий Борис Сафонов совершил 234 боевых вылета, сбил лично 20 вражеских самолетов.

30 мая 1942 года подполковник Б. Ф. Сафонов, будучи уже командиром 2-го гвардейского смешанного Краснознаменного авиаполка ВВС СФ, вылетел во главе звена истребителей на прикрытие каравана судов PQ-16, идущих к Мурманску. Во время боя с превосходящими силами противника Борис Сафонов погиб.

13. Ворожейкин Арсений Васильевич (15(28).10.1912 - 23.05.2001)

Участник боев на Халхин-Голе, Советско-финской и Великой Отечественной войн, летчик-истребитель, дважды Герой Советского Союза, первый заместитель командующего ПВО Черноморского флота СССР, генерал-майор авиации.

Всего на счету летчика-истребителя около 400 боевых вылетов, 52 лично сбитых самолета противника (6 - на Халхин-Голе) и 14 - в группе.

14. Гризодубова Валентина Степановна (14(27).04.1909 - 28.04.1993)

Участница Великой Отечественной войны, советская летчица, полковник. Первая женщина - Герой Советского Союза, Герой Социалистического Труда, Депутат Верховного Совета СССР.

Во время Великой Отечественной войны, с марта 1942 по октябрь 1943 года, командовала 101-м авиаполком авиации дальнего действия. Лично совершила около 200 боевых вылетов (в том числе 132 ночных) на самолете Ли-2 на бомбардировку вражеских объектов, для доставки боеприпасов и военных грузов на передовую и для поддержки связи с партизанскими отрядами.

15. Павлов Иван Фомич (25.06.1922 - 12.10.1950)

Участник Великой Отечественной войны, командир звена 6-го гвардейского штурмового авиационного полка 3-й воздушной армии Калининского фронта, дважды Герой Советского Союза, майор.

Всего за время войны совершил 237 боевых вылетов на штурмовике Ил-2. Участвовал в Ржевско-Сычёвской, Великолукской и Смоленской операциях, в освобождении Белоруссии и Прибалтики.

16. Глинка Борис Борисович (14(27).09.1914 - 11.05.1967)

Участник Великой Отечественной войны, Герой Советского Союза, полковник.

Всего за время войны сбил 30 самолетов лично и 1 - в группе.

17. Одинцов Михаил Петрович (18.11.1921 - 12.12.2011)

Участник Великой Отечественной войны, советский военный летчик бомбардировочной и штурмовой авиации, военачальник. Заслуженный военный летчик СССР, генерал-полковник авиации, дважды Герой Советского Союза.

За время войны сбил в воздушных боях 14 самолетов противника, что является наивысшим достижением среди летчиков-штурмовиков.

К концу войны совершил 215 боевых вылетов, завершил войну в звании гвардии майора.

18. Покрышев Пётр Афанасьевич (24.08.1914 - 22.08.1967)

Участник Великой Отечественной войны, летчик-ас, дважды Герой Советского Союза, генерал-майор авиации.

К августу 1943 года совершил 282 боевых вылета, участвовал в 50 воздушных боях и имел на личном счету 22 сбитых вражеских самолета и 7 - в группе.

19. Долина Мария Ивановна (18.12.1920 - 03.03.2010)

Участница Великой Отечественной войны, советская летчица, Герой Советского Союза.

Выполнила 72 боевых вылета на самолете Пе-2, сбросила 45 000 килограмм бомб. В шести воздушных боях ее экипаж сбил 3 истребителя противника в группе.

20. Маресьев Алексей Петрович (07(20).05.1916 - 18.05.2001)

Участник Великой Отечественной войны, советский военный летчик, Герой Советского Союза.

Всего за время войны совершил 86 боевых вылетов, сбил 10 самолетов врага. 5 апреля 1942 года самолет Маресьева был сбит. 18 суток пробирался летчик к своим. В результате врачи были вынуждены ампутировать обе отмороженные ноги летчика.

Еще в госпитале Алексей Маресьев начал тренироваться, готовясь к тому, чтобы летать с протезами.

В феврале 1943 года совершил первый пробный вылет. Добился отправки на фронт. В июне 1943 года прибыл в 63-й гвардейский истребительный авиационный полк.

20 июля 1943 года Алексей Маресьев во время воздушного боя с превосходящими силами противника спас жизнь двум советским летчикам и сбил сразу 2 вражеских истребителя Fw-190, прикрывавших бомбардировщики Ju-87.

21. Покрышкин Александр Иванович (06(19).03.1913 - 13.11.1985)

Участник Великой Отечественной войны, советский военачальник, маршал авиации, летчик-ас, первый трижды Герой Советского Союза. Кандидат в члены ЦК КПСС, член Президиума Верховного Совета СССР, Депутат Верховного Совета СССР.

В Советском Союзе официально считалось, что за годы войны Покрышкин совершил 650 вылетов, провел 156 воздушных боев, сбил 59 вражеских самолетов лично и 6 - в группе.

22. Кожедуб Иван Никитович (08.06.1920 - 08.08.1991)

Участник Великой Отечественной войны, советский военачальник, маршал авиации, летчик-ас. Трижды Герой Советского Союза, депутат Верховного Совета СССР, Народный депутат СССР.

К концу войны Иван Кожедуб, к тому времени гвардии майор, летал на Ла-7, совершил 330 боевых вылетов, в 120 воздушных боях сбил 62 самолета противника.

Большинство фамилий из списка летчиков-асов Великой Отечественной всем хорошо известны. Однако, кроме Покрышкина и Кожедуба, среди советских асов незаслуженно забывают другого мастера воздушного боя, чьей отваге и храбрости могут позавидовать даже самые титулованные и результативные летчики.

Лучше Кожедуба, круче Хартмана...

Имена советских асов Великой Отечественной войны Ивана Кожедуба и Александра Покрышкина известны всем, кто хотя бы поверхностно знаком с отечественной историей. Кожедуб и Покрышкин - самые результативные советские лётчики-истребители. На счету первого 64 вражеских самолёта, сбитых лично, на счету второго - 59 личных побед, и ещё 6 самолётов он сбил в группе.
Имя третьего по результативности советского лётчика известно лишь любителям авиации. Николай Гулаев в годы войны уничтожил 57 самолётов противника лично и 4 в группе.
Интересная подробность - Кожедубу на достижение своего результата потребовалось 330 боевых вылетов и 120 воздушных боёв, Покрышкину - 650 боевых вылетов и 156 воздушных боёв. Гулаев же добился своего результата, осуществив 290 боевых вылетов и проведя 69 воздушных боёв.
Более того, согласно наградным документам, в своих первых 42 воздушных боях он уничтожил 42 самолёта противника, то есть в среднем каждый бой завершался для Гулаева уничтоженной вражеской машиной.
Любители военной статистики подсчитали, что коэффицент эффективности, то есть соотношение воздушных боёв и побед, у Николая Гулаева составил 0,82. Для сравнения - у Ивана Кожедуба он составлял 0,51, а у гитлеровского аса Эриха Хартмана, официально сбившего большего всего самолётов за Вторую мировую войну, - 0,4.
При этом люди, знавшие Гулаева и воевавшие с ним, утверждали, что он щедро записывал многие свои победы на ведомых, помогая им получать ордена и деньги - советским лётчикам платили за каждый сбитый самолёт противника. Некоторые полагают, что общее число самолетов, сбитых Гулаевым, могло достигать 90, что, впрочем, сегодня подтвердить или опровергнуть невозможно.

Парень с Дона.

Об Александре Покрышкине и Иване Кожедубе, трижды Героях Советского Союза, маршалах авиации, написано множество книг, снято немало фильмов.
Николай Гулаев, дважды Герой Советского Союза, был близок к третьей «Золотой Звезде», но её так и не получил и в маршалы не вышел, оставшись генерал-полковником. Да и вообще, если в послевоенные годы Покрышкин и Кожедуб всегда были на виду, занимались патриотическим воспитанием молодёжи, то Гулаев, практически ни в чём не уступавший коллегам, всё время оставался в тени.
Возможно, дело в том, что и военная, и послевоенная биография советского аса была богата эпизодами, которые не слишком вписываются в образ идеального героя.
Николай Гулаев родился 26 февраля 1918 года в станице Аксайской, которая ныне стала городом Аксаем Ростовской области. Донская вольница была в крови и характере Николая с первых дней и до конца жизни. Окончив семилетку и ремесленное училище, он работал слесарем на одном из ростовских заводов.
Как и многие из молодёжи 1930-х, Николай увлёкся авиацией, занимался в аэроклубе. Это увлечение помогло в 1938 году, когда Гулаева призвали в армию. Лётчика-любителя направили в Сталинградское авиационное училище, которое он окончил в 1940 году. Гулаева распределили в авиацию ПВО, и в первые месяцы войны он обеспечивал прикрытие одного из промышленных центров в тылу.

Выговор в комплекте с наградой.

На фронте Гулаев оказался в августе 1942 года и сразу продемонстрировал как талант боевого лётчика, так и своенравный характер уроженца донских степей.
У Гулаева не было разрешения на ночные полёты, и когда 3 августа 1942 года в зоне ответственности полка, где служил молодой лётчик, появились гитлеровские самолёты, в небо отправились опытные пилоты. Но тут Николая подначил механик:
- А ты чего ждёшь? Самолёт готов, лети!
Гулаев, решив доказать, что он не хуже «стариков», вскочил в кабину и взлетел. И в первом же бою, без опыта, без помощи прожекторов уничтожил немецкий бомбардировщик. Когда Гулаев вернулся на аэродром, прибывший генерал изрёк: «За то, что вылетел самовольно, объявляю выговор, а за то, что сбил вражеский самолёт, повышаю в звании и представляю к награде».

Самородок.

Его звезда особенно ярко засияла во время боёв на Курской дуге. 14 мая 1943 года, отражая налёт на аэродром Грушка, он в одиночку вступил в бой с тремя бомбардировщиками «Ю-87», прикрываемыми четырьмя «Ме-109». Сбив два «юнкерса», Гулаев пытался атаковать третий, но кончились патроны. Не колеблясь ни секунды, лётчик пошёл на таран, сбив ещё один бомбардировщик. Неуправляемый «Як» Гулаева вошёл в штопор. Лётчику удалось выровнять самолёт и посадить его у переднего края, но на своей территории. Прибыв в полк, Гулаев на другом самолёте вновь вылетел на боевое задание.
В начале июля 1943 года Гулаев в составе четвёрки советских истребителей, пользуясь фактором внезапности, атаковал немецкую армаду из 100 самолётов. Расстроив боевой порядок, сбив 4 бомбардировщика и 2 истребителя, все четверо благополучно вернулись на аэродром. В этот день звено Гулаева совершило несколько боевых вылетов и уничтожило 16 вражеских самолётов.
Июль 1943-го вообще был крайне продуктивным для Николая Гулаева. Вот что зафиксировано в его лётной книжке: » 5 июля - 6 боевых вылетов, 4 победы, 6 июля - сбит "Фокке -Вульф 190", 7 июля - в составе группы сбито три самолёта противника, 8 июля - сбит "Ме-109", 12 июля - сбиты два "Ю-87"».
Герой Советского Союза Фёдор Архипенко, которому довелось командовать эскадрильей, где служил Гулаев, писал о нём: «Это был лётчик-самородок, входивший в первую десятку асов страны. Он никогда не мандражировал, быстро оценивал обстановку, его внезапная и результативная атака создавала панику и разрушала боевой порядок противника, что срывало прицельное бомбометание им наших войск. Был очень смел и решителен, часто приходил на выручку, в нём порой чувствовался настоящий азарт охотника».

Летающий Стенька Разин.

28 сентября 1943 года заместителю командира эскадрильи 27-го истребительного авиационного полка (205-я истребительная авиационная дивизия, 7-й истребительный авиационный корпус, 2-я воздушная армия, Воронежский фронт) старшему лейтенанту Гулаеву Николаю Дмитриевичу было присвоено звание Героя Советского Союза.
В начале 1944 года Гулаев был назначен командиром эскадрильи. Его не слишком стремительный должностной рост объясняется тем, что методы воспитания подчинённых у аса были не совсем обычные. Так, одного из лётчиков своей эскадрильи, опасавшегося подбираться к гитлеровцам на ближнюю дистанцию, он излечил от страха перед врагом, дав очередь из бортового оружия рядом с кабиной ведомого. Страх у подчинённого как рукой сняло...
Тот же Фёдор Архипенко в своих воспоминаниях описывал ещё один характерный эпизод, связанный с Гулаевым: «Подлетая к аэродрому, сразу увидел с воздуха, что стоянка самолёта Гулаева пуста... После посадки мне сообщили - всю шестёрку Гулаева сбили! Сам Николай сел раненый на аэродром к штурмовикам, а об остальных лётчиках ничего не известно. Спустя некоторое время с передовой сообщили: двое выпрыгнули с самолётов и приземлились в расположении наших войск, судьба ещё троих неизвестна... И сегодня, спустя много лет, главную ошибку Гулаева, допущенную тогда, вижу в том, что взял он с собой в боевой вылет сразу троих молодых, вовсе не обстрелянных лётчиков, которые и были сбиты в первом же своём бою. Правда, и сам Гулаев одержал в тот день сразу 4 воздушные победы, сбив 2 "Ме-109", "Ю-87" и "Хеншель"».
Он не боялся рисковать собой, но с той же лёгкостью рисковал и подчинёнными, что порой выглядело совершенно неоправданным. Лётчик Гулаев был похож не на «воздушного Кутузова», а скорее на лихого Стеньку Разина, освоившего боевой истребитель.
Но при этом он добивался поразительных результатов. В одном из боёв над рекой Прут во главе шестёрки истребителей P-39 «Аэрокобра» Николай Гулаев атаковал 27 бомбардировщиков противника, шедших в сопровождении 8 истребителей. За 4 минуты было уничтожено 11 вражеских машин, из них 5 - лично Гулаевым.
В марте 1944 года лётчик получил краткосрочный отпуск домой. Из этой поездки на Дон он приехал замкнутым, неразговорчивым, ожесточённым. В бой рвался остервенело, с какой-то запредельной яростью. Во время поездки домой Николай узнал, что во время оккупации его отца казнили фашисты...

Советского аса едва не погубила свинья...

1 июля 1944 года гвардии капитан Николай Гулаев был удостоен второй звезды Героя Советского Союза за 125 боевых вылетов, 42 воздушных боя, в которых он сбил 42 самолёта противника лично и 3 - в группе.
И тут происходит ещё один эпизод, о котором Гулаев после войны откровенно рассказывал друзьям, эпизод, отлично показывающий его буйную натуру выходца с Дона. О том, что стал дважды Героем Советского Союза, лётчик узнал после очередного вылета. На аэродроме уже собрались однополчане, которые заявили: награду надо «обмыть», спирт есть, а вот с закуской проблемы.
Гулаев вспомнил, что при возвращении на аэродром он видел пасущихся свиней. Со словами «закуска будет» ас снова садится в самолёт и через несколько минут сажает его возле сараев, к изумлению хозяйки свиней.
Как уже говорилось, лётчикам платили за сбитые самолёты, так что с наличностью у Николая проблем не было. Хозяйка охотно согласилась продать хряка, которого с трудом погрузили в боевую машину. Каким-то чудом лётчик взлетел с очень маленькой площадки вместе с обезумевшим от ужаса хряком. Боевой самолёт не рассчитан на то, что внутри него будет устраивать пляски упитанная свинья. Гулаев с трудом удерживал самолёт в воздухе...
Если бы в тот день случилась катастрофа, это, наверное, был бы самый нелепый случай гибели дважды Героя Советского Союза в истории. Слава Богу, Гулаев дотянул до аэродрома, и полк весело отметил награду героя.
Ещё один анекдотичный случай связан с внешностью советского аса. Однажды в бою ему удалось сбить самолет-разведчик, который пилотировал гитлеровский полковник, кавалер четырёх Железных Крестов. Немецкий лётчик захотел встретиться с тем, кому удалось прервать его блистательную карьеру. Судя по всему, немец ожидал увидеть статного красавца, «русского медведя», которому не зазорно проиграть... А вместо этого пришёл молоденький, невысокого роста полноватый капитан Гулаев, который, кстати, в полку имел вовсе не героическое прозвище «Колобок». Разочарованию немца не было предела...

Драка с политическим подтекстом.

Летом 1944 года советское командование принимает решение отозвать с фронта лучших советских лётчиков. Война идёт к победному концу, и руководство СССР начинает думать о будущем. Те, кто проявил себя в Великой Отечественной войне, должны окончить Военно-воздушную академию, чтобы затем занять руководящие посты в ВВС и ПВО.
В число тех, кого вызывали в Москву, попал и Гулаев. Сам он в академию не рвался, просил оставить в действующей армии, но получил отказ. 12 августа 1944 года Николай Гулаев сбил свой последний «Фокке-Вульф 190».
А дальше произошла история, которая, скорее всего, и стала главной причиной, почему Николай Гулаев не стал таким же известным, как Кожедуб и Покрышкин. Существует по крайней мере три версии случившегося, которые объединяют два слова - «дебош» и «иностранцы». Остановимся на той, которая встречается чаще всего.
Согласно ей, Николай Гулаев, к тому времени уже майор, был вызван в Москву не только для учёбы в академии, но и для получения третьей звезды Героя Советского Союза. Учитывая боевые достижения лётчика, такая версия не выглядит неправдоподобной. В компании Гулаева оказались и другие заслуженные асы, ожидавшие награждения.
За день до церемонии в Кремле Гулаев зашёл в ресторан гостиницы «Москва», где отдыхали его друзья-лётчики. Однако ресторан был переполнен, и администратор заявил: «Товарищ, для вас места нет!». Говорить подобное Гулаеву с его взрывным характером не стоило вообще, но тут, на беду, ему ещё попались румынские военные, в тот момент также отдыхавшие в ресторане. Незадолго до этого Румыния, с начала войны являвшаяся союзницей Германии, перешла на сторону антигитлеровской коалиции.
Разгневанный Гулаев громко сказал: «Это что, Герою Советского Союза места нет, а врагам есть?».
Слова лётчика услышали румыны, и один из них выдал в адрес Гулаева оскорбительную фразу по-русски. Через секунду советский ас оказался возле румына и смачно ударил его по физиономии.
Не прошло и минуты, как в ресторане закипела драка между румынами и советскими лётчиками.
Когда дерущихся разняли, оказалось, что пилоты отлупили членов официальной военной делегации Румынии. Скандал дошёл до самого Сталина, который постановил: награждение третьей звездой Героя отменить.
Если бы речь шла не о румынах, а об англичанах или американцах, скорее всего, дело для Гулаева закончилось бы совсем плачевно. Но ломать жизнь своему асу из-за вчерашних противников вождь всех народов не стал. Гулаева просто отправили в часть, подальше от фронта, румын и вообще любого внимания. Но насколько эта версия правдива, неизвестно.

Генерал, друживший с Высоцким.

Несмотря ни на что, в 1950 году Николай Гулаев окончил Военно-воздушную академию имени Жуковского, а ещё через пять лет - академию Генштаба. Командовал 133-й авиационной истребительной дивизией, располагавшейся в Ярославле, 32-м корпусом ПВО во Ржеве, 10-й армией ПВО в Архангельске, прикрывавшей северные рубежи Советского Союза.
У Николая Дмитриевича была замечательная семья, он обожал свою внучку Ирочку, был страстным рыбаком, любил угощать гостей лично засоленными арбузами...
Он тоже посещал пионерские лагеря, участвовал в различных ветеранских мероприятиях, но всё-таки оставалось ощущение, что наверху дано указание, говоря современным языком, не слишком пиарить его персону.
Собственно, причины для этого были и в то время, когда Гулаев уже носил генеральские погоны. Например, он мог своею властью пригласить на выступление в Дом офицеров в Архангельске Владимира Высоцкого, игнорируя робкие протесты местного партийного руководства. Кстати, есть версия, что некоторые песни Высоцкого о лётчиках родились после его встреч с Николаем Гулаевым.

Норвежская жалоба.

В отставку генерал-полковник Гулаев ушёл в 1979 году. И есть версия, что одной из причин этому стал новый конфликт с иностранцами, но на сей раз не с румынами, а с норвежцами. Якобы генерал Гулаев устроил неподалёку от границы с Норвегией охоту на белых медведей с применением вертолётов. Норвежские пограничники обратились к советским властям с жалобой на действия генерала. После этого генерала перевели на штабную должность подальше от Норвегии, а затем отправили на заслуженный отдых.
Нельзя с уверенностью утверждать, что данная охота имела место, хотя подобный сюжет очень хорошо вписывается в яркую биографию Николая Гулаева. Как бы то ни было, отставка плохо повлияла на здоровье старого лётчика, не мыслившего себя без службы, которой было посвящена вся жизнь.
Дважды Герой Советского Союза, генерал-полковник Николай Дмитриевич Гулаев скончался 27 сентября 1985 года в Москве, в возрасте 67 лет. Местом его последнего упокоения стало Кунцевское кладбище столицы.

Хотя сам по себе грубый подсчет количества сбитых самолетов противника, не может служить мерилом мастерства пилота. Не подвергая сомнению количество сбитых самолетов, в данной статье говорим именно о лучших асах люфтваффе Германии .

Будут конечно же статьи и о наших русских пилотах, которые не имея столь впечатляющих счетов, несомненно были лучшими асами Второй мировой войны.
Вклад наших дедов в победу гораздо весомее западных союзников.
45 0000 САМОЛЕТОВ противника БЫЛИ УНИЧТОЖЕНЫ ИМЕННО НАШИМИ ЛЕТЧИКАМИ, против 25 000 подбитых нашими западными союзниками.И что бы эти цифры не были просто цифрами, небольшое отступление.
Наиболее эффективной воевавшей на восточном фронте, укомплектованная лучшими асами люфтваффе Германии была авиа группа JG54.
Это элитное подразделение «Зеленое сердце» на начало войны 22 июня 1941 года имело в своем составе 112 летчиков высочайшей летной квалификации. К завершению войны из этих пилотов асов, живыми остались только четверо.
Для справки таблица побед и потерь люфтваффе.

Служило около 2500 асов - пилотов, сбивших пять и более самолетов противника. А самый ус­пешный летчик союзников Иван Никитович Кожедуб сбил 62 немецких самолета, в то время как лич­ный счет восьми немецких пилотов превысил 100 самолетов. Этим отчасти объясняется факт, что пилоты люфтваффе сражались непрерывно годами, в отличие от противников, которых, по обыкновению, сбивали после 30-40 боевых вылетов.

Вальтер Новотны, 1920-1944, Гюнтер Rall, Генрих цу Зайн-Виттгенштейн

Вальтер Новотны стал первым лет­чиком-истребителем, чей счет до­стиг 250 сбитых самолетов в ходе 442 вылетов. В феврале 1944 г. его перевели с Восточного фронта руко­водить летной школой. 3атем ему поручили командование первым в мире подразделением реактивных самолетов. 8 ноября 1944 г. он вы­летел на своем Ме-262 против груп­пы бомбардировщиков. Реактивный самолет подбили в бою, парашют Новотны полностью не раскрылся.

Эрих - «Буби» Хартман,
1922-1993 г.г слева, и командир Герхард Barkhorn

Лучший ас люфтваффе , самый успешный летчик-истреби­тель в истории, одержал 352 победы за 1425 вылетов. Примечательно, что он одержал большую часть своих побед в последние два года войны.
Его самолет был подбит 16 раз, он дважды выбрасывался с парашю­том, но никогда не был ранен сам.
Получив десять лет строгого режима, пocnе освобождения он возвращается в ВВС и становится командиром первого крыла реактив­ных самолетов в ФРГ.

Ганс Шнауфер, 1922-1950 со своим 126 победами Шнауфер стал самым результативным в мире асом среди ночных летчиков-истре­бителей. Известный как «Ночной призрак», он летал на Ме-110, и его эскадра сбила около 700 бомбарди­ровщиков союзников. Его истреби­тель с отметками побед выставили на шоу в Гайд-Парке пocле войны.
Шнауфер погиб в автомобильной аварии недалеко от Биарица.

Йоахим Марсейль, 1920-1942

Наиболее талантливый ас, семь из его 158 побед были в Северной Африке. Его наградили бриллиантами к Рыцарскому Кресту пocле уничтожения 17 (!) британских самолетов в один день. 30 сентября 1942 г., двигатель его Bf-109G-2 за­горелся. Марсейль направил само­лет в сторону от своей территории. Затем он покинул машину. Ударив­шись о хвост самолета, в бессозна­тельном состоянии он так и не рас­крыл свой парашют.

Адольф Галланд, 1911- 1994 г.г

Галланд отточил свое мастерство в Испании, сделав 280 вылетов в Легионе „Кондор". Он перевелся со штурмовика на истребитель и стал асом в Битве за Британию, добившись 57 побед. Назначен гене­ральным инспектором истребитель­ной авиации после смерти Вернера Moлдepca в 1941 г. К этому времени он имел 96 побед и продолжал лич­но вылетать на операции на истре­бителе, не повинуясь приказам. Он был известен своей склонностью к хорошему бренди, дорогим сига­рам и женщинам, которых привлека­ла его слава. После увольнения его Гитлером в качестве „козла отпуще­ния" за неудачи ПВО Германии, он командовал эскадрильей реактивных истребителей. Их запоздалый успех доказывал, что Галланд был прав, отстаивая в свое время их производ­ство.

Вернер Мёльдерс, 1913- 1941г.г

Вступив в , Мёльдерс стал асом со счетом 14 побед в «Легионе „Кондор". Он так­ жe первый летчик-истребитель, до­бившийся 100 побед во время Вто­рой мировой войны. Выдающийся лидер и супер пилот, Мёльдерс со­здал новую тактику боевого приме­нения истребителя, которая дала люфтваффе отчетливое преимуще­ство перед Королевскими ВВС во время Битвы за Британию. В 1941 году он стал первым человеком, награжденным Бриллиантами к Рыцар­скому кресту и Дубовыми Листьями и Мечами. Назначенный инспекто­ром истребительной авиации в 1941 г., погиб в авиакатастро­фе, направляясь на похороны генера­ла Эрнста Удета.